Единственные отверстия, которые были вырезаны в удивительно гладком камне — небольшие круглые стоки, по дну которых бежали тонкие ручейки воды. Они же выполняли роль вентиляционных шахт.
Идти пришлось недолго. Вскоре коридор упёрся толстую, дубовую дверь, окованную железом. Сквозь щель между стеной и едва-едва приоткрытой створкой просачивалась полоска тусклого, мертвенно-белого света.
Я взялся за тяжёлое кольцо, заменявшее ручку. Потянул дверь на себя. Петли издали тоскливый, протяжный скрип. Пальцы заскользили по мокрой ржавчине.
— Айлин, будь добра… — начал было я, но девушка не дала мне закончить. Тяжело вздохнула и направила почти погасший огонёк вперёд. Похоже, запас её сил тоже подходил к концу.
Дверь была в плачевном состоянии. Доски ещё держались, но металл уже наполовину сгнил. Коррозия въелась глубоко в его структуру, склеив петли, на которых висела створка.
— Что будем делать, — поинтересовалась девушка, — Открывать? Или назад?
— Из-за двери льётся свет, — покачал головой я, — Лучше проверить, что там.
— Не похоже это на дневной свет, — возразила она, — Больно уж неестественный. Но назад… Назад я тоже не хочу, — она на секунду осеклась. Судорожно выдохнула. Огонёк заморгал и сделался совсем тусклым, — Не могу объяснить почему.
— Надо будет разобраться наконец, как работает это магическое чутьё, — проворчал я, доставая из сумки клин и киянку, — А то в последнее время мы всё чаще на него полагаемся.
— Не знаю… — девушка прикрыла глаза.
Девушка ойкнула. Открыла глаза и непонимающе уставилась на меня.
— Ты провалилась, — полушепотом сказал я, — Говорил же, не смотри долго.
— Генри. Я там видела…"
"— Я знаю, что ты там видела. Я тоже это видел. И совсем не горю желанием встречаться с этим лицом к лицу. Поэтому давай поторапливаться.