Даже после смерти. Он её тоже возможно любил где-то в глубине души. Но не мог ответить взаимностью, ведь хранил верность семье, — парень остановился напротив одного из полуразрушенных надгробий и принялся счищать с него мох, освобождая затёртую ветром и замытую дождями надпись, — Откуда ему было знать, что его жена и дочка были давно мертвы. Погибли во время вспышки чумы и были похоронены на этом самом кладбище.
— Так вот, зачем мы сюда пришли, — у меня в голове щёлкнул последний кусочек паззла. Картина наконец-то собралась воедино и… потрясла своей безобразной циничностью, жестокостью, но в то же время — ироничной красотой всего произошедшего, — То письмо, что он тебе дал перед своей последней схваткой.
— Да, — кивнул лекарь, вставая на одно колено возле могилы и доставая из сумки потрёпанный, затёртый и помятый свиток, путешествовавший с ним от самого медовища, — Он знал, что не выживет и хотел попрощаться. Хотел, чтоб они его отпустили и жили дальше.
— Однако он мог уйти, — заметил Освальд, — Вы же сами сказали, что призрак его отпустил.
"— Не мог, — покачал головой Вернон, кладя свиток на массивную каменную плиту, укрывавшую могилу, — Он считал, что должен защитить её жителей. А, кроме того, хотел всё исправить. Хотел избавить от мучений Бенну, в чьей гибели винил себя всё это время.
— И избавил, умерев в объятиях той, которая его любила даже после смерти, — подытожил я, стараясь не выдавать внезапно появившуюся дрожь в голосе.
— Да, — кивнул Вернон, — Именно так. Вот только по злой иронии судьбы, его жертва всё равно никого не спасла. Трупоеды оставшись без поводыря начали кидаться на всех подряд и в конечном счёте — вырезали село. Спаслись лишь мы четверо. Хотя… — он на мгновение замолчал, — Может быть именно благодаря этому его жертва всё-таки не была напрасной.
Над кладбищем повисла глухая, тяжелая тишина. Мы стояли и смотрели на безмолвный серый камень, под которыми покоились останки семьи того, кто когда-то отдал свою жизнь взамен наших.