– Были бы Батаевы с Вахидом, без проблем.
– Ко всему, с часовыми мы сможем разобраться только к середине ночи, – заметил Полынь.
– Или вообще под утро, – Антон раздавил ползущего по шее муравья. – Если смену уберем, то уже минус шесть.
– Минус два дозор Дрона, – согласился с ним Мишенев. – Уже на восемь человек меньше.
– Значит, двадцать один против пяти, – протянул Волков и посмотрел на часы. – Приступим?
– Только Родимову доложу, – выдержав паузу, кивнул Антон.
Глава 13
Поездка в поезде «Грозный – Москва» изрядно измотала нервы.
Из графика состав выбился еще в Чечне. Несколько раз он беспричинно останавливался в полях и по часу стоял. Некоторые даже умудрялись поесть на зеленой травке, покинув душные вагоны.
В плацкарте, где ехал Джин со своей новоиспеченной женой, на нижней полке устроилась и женщина, о которой говорил Хасу.
Измученное посеревшее лицо. Острые плечи, торчавшие из-под поношенной кофточки. Дарья Семеновна не отрываясь смотрела в окно, то и дело смахивая выступавшие на глаза слезы.
Она не могла поверить в то, что остались позади ужасы ночных обстрелов, страх перед тем, что любой человек с автоматом начнет беспричинно тебя избивать только за то, что ты русская. Голод, вши, смерть живших по соседству людей, еще двадцать лет назад жизнерадостных и полных надежд инженеров, токарей, водителей троллейбусов солнечного города. Похороны в воронках и наспех вырытых ямах. Одеяла и куски обгоревшего брезента вместо гробов. Разрытые дикими собаками могилы похороненных накануне людей…
Эта женщина десять лет проработала учителем математики.
В свое время родина направила ее по распределению в Чечню, где она вышла замуж. Потом пошли дети. Когда они выросли, в этой стране никто не чувствовал себя в безопасности. Предчувствуя приближение перемен не в лучшую сторону, она сумела отправить дочерей к тогда еще живой матери. Потом пришло страшное время, и она оказалась в аду. Сначала объявился ее ученик и сказал, что это его земля, а значит, и трехкомнатная квартира принадлежит также ему.
На попытки вразумить когда-то прилежного и застенчивого подростка, превратившегося в озлобившегося и распоясавшегося бородатого дядьку с красными злыми глазками, она получила довольно корректный, по его мнению, ответ: «Если бы я вас не знал, то просто убил и выбросил отсюда, а так даже пришел помочь собрать вещи».
Все это она рассказала на вокзале, ища взглядом среди снующей по перрону толпы Хасу Айдаева, который помог ей выбраться из этого кошмара.
