Распространены они и среди боевиков. Корпуса этих раритетов были разбиты, обмотаны изоляционной лентой и скотчем. Ручки настройки отсутствовали, отчего крутить их приходилось зубами. До такого состояния средства связи небольшого отряда были доведены специально, чтобы их владельцы выглядели правдоподобнее.
Когда из динамиков радиостанций донеслось постукивание, Вахид как раз собирался надеть ботинок, из которого вытряхивал камешек. Оставшись в одном носке и перевернувшись на живот, выглянул на дно балки.
Между тем бандиты привязали лошадей к росшей у развалившегося забора березе и направились осматривать строения, по всей видимости, выбирая место для ночлега.
Ничего не понимая, Вахид стал отползать к Исе. Однако тот сам уже выдвигался в его сторону:
– Как ты думаешь, – Иса не мигая смотрел в сторону балки, все еще надеясь увидеть остатки каравана, – где остальные лошади и боевики?
Укрывшись за небольшим холмом, Вахид лишь пожал плечами.
– Джин, это Шаман, – зашипела станция. – Что происходит?
Вахид поморщился:
– Предупреждал, на связь не выходить! – Он сокрушенно вздохнул и, прижав станцию к губам, нажал на передачу: – Сиди, а!
Между тем двое боевиков, осмотрев строения, вышли и направились в сторону кустарника, откуда только что ушел Вахид.
– К ночлегу готовятся, – вздохнул Вахид и неожиданно поймал себя на мысли, что правая ступня чувствует себя гораздо свободнее. Его обдало жаром. Свой ботинок он оставил как раз на том месте, где полным ходом шла заготовка подстилки.
"– Ахмед! – раздалось удивленное восклицание одного из боевиков. – Посмотри, что я нашел!
Оба бандита сначала нагнулись над тем местом, где всего несколько минут назад лежал Вахид. Затем, присев на корточки, ощетинились автоматами.
– Что там? – услышав лязг затворных рам, замер у лошадей третий боевик.
– Здесь кто-то есть, – громким шепотом произнес один из них и поднял над головой тяжелый армейский ботинок Джабраилова.