Осенний сад, умытый недавним дождем, сиял золотом и багрянцем. Старые дубы шелестели пожелтевшими листьями, в воздухе пахло прелой листвой и дымком из труб.
Марта встретила меня на крыльце со слезами радости на глазах, утирая их краем фартука:
— Господи, госпожа, как я рада, что вы вернулись! Мы так за вас беспокоились, особенно когда новости из столицы дошли!
А мастер Жером тут же принялся рассказывать о новорожденном жеребенке, размахивая руками от волнения:
— Вы только посмотрите на него, госпожа! Такой крепкий, такой резвый! Настоящий чемпион растет!
Все шло своим чередом, словно и не было этих страшных дней в столице.
Вечером, после ужина в кругу домочадцев, я нашла Ригана на террасе. Он стоял, опершись о перила, и глядел на звезды, усыпавшие чистое осеннее небо.
— Все закончилось, — сказала я, подойдя к нему и вдыхая прохладный ночной воздух.
— Нет, — ответил он, не оборачиваясь, его голос звучал задумчиво.
— Я хочу его видеть, — произнесла я твердо, поворачиваясь к нему. — Я должна с ним поговорить.
— Король сейчас очень занят, Адель, — в его голосе прозвучала осторожность. — Он укрепляет свою власть, назначает новых министров, разбирается с последствиями переворота.
— Я знаю, — я подошла и встала рядом с ним, чувствуя тепло его тела.
Он медленно повернулся ко мне. В свете звезд его глаза казались бездонными, полными невысказанных мыслей.
— Я передам ему твою просьбу, — тихо сказал он. — Уверен, он не откажет.
Эпилог
Три месяца. Казалось бы, такой короткий срок, но за эти три месяца мир изменился до неузнаваемости. Вихрь перемен, начавшийся в столице с восхождением на трон короля Александра, докатился и до самых дальних уголков королевства, принеся с собой новый порядок, новые законы и новые надежды.
Для поместья Фабер эти три месяца стали периодом редкой тишины. Освободившись от гнета политической неопределенности, я вновь с головой ушла в работу. Заказы на жеребят от Ветра и наших новых производителей, привезенных Этьеном, поступали в таком количестве, что мастеру Жерому пришлось нанимать дополнительных конюхов.