– Но почему?
Она представляла, как распластанная на полу Светлана обнимает ноги её мужа.
– Моё сердце занято!
Его голос уже не был спокойным. Раздражение человека, не любившего хоть что-то повторять.
– Прекрати унижаться! – последовавшая за этим борьба указывала, до какой степени унижения дошла экономка.
Адель закрыла глаза. Отныне все Светы будут вешаться на её мужчин?
– Она мёртвая, а я живая! – визг отвергнутой женщины.
Удар чего-то тяжёлого об пол.
– Надо было давно его сжечь!
Приговор звенящим от гнева голосом:
– Пошла вон отсюда! Собирай вещи! Утром чтобы тебя в доме не было!
– Прости… – сквозь рыдания.
И неумолимое:
– Ты знаешь. Я не меняю своих решений!
Дверь распахнулась настежь. Совершенно голая Светлана, с одеждой в руках появилась в проёме. Она с ненавистью взглянула на вжавшуюся в стену Адель. Возглас, полный злобы:
– Чтоб ты сдохла, тварь! – занесённая над головой рука.
Адель непроизвольно зажмурилась, но удара не последовало. Она открыла глаза. Давид тащил голую экономку вниз по лестнице.
Страх, что подслушивала. Страх, что обязательно последует наказание и…
Любопытство заставило её заглянуть в одну из комнат отдыха.
Большой фотоальбом лежал на полу. Вокруг, словно билеты в прошлое, валялись выпавшие снимки."
"Она машинально схватила ближайший и сунув в карман, выскочила наружу. Краем глаза взглянула вниз. Давид вышвыривал домработницу через входную дверь.
– Паша вынесет твои вещи и вызовет такси. Зарплату с выходным пособием перечислю на карту.
Адель рванула в спальню, заскочив по пути в гардеробную.
Он сходу включил свет. Грозный рык:
– Ты подслушивала?
Адель опустила глаза.
– Не специально. Я проснулась одна в темноте. Было страшно. Пошла тебя искать.
Ледяное:
– Нашла?
Она заикалась, выговаривая:
– Я почти ничего не слышала.
– Иди сюда, – чуть слышно и оттого опасно.
Аделина приближалась на дрожащих ногах.
– На колени!
В этот раз повторять не пришлось.
– Что замерла? Расстёгивай ремень, брюки, выпускай зверя на свободу.
Аделина с непривычки сломала ноготь, пока расстегивала металлическую пряжку. Скоро Давид стоял перед ней со спущенными до колена штанами, не пошевелив пальцем.
– Снимай полностью.
Брюки вместе с трусами отброшены в сторону. Футболку он сам стащил через голову.