— Да не велено тебя пускать! Ну как ты не поймешь! — Все тот же здоровяк с кривым носом, подхватив меня под локоть, спустил с крыльца, а потом и вовсе принудительно увел подальше от стражи.
— Я хочу знать, что с беловолосым мужчиной? Он помог мне вчера, и его за это посадили!
— Иди ты, отдохни. Начальника все равно не будет до обеда, а то и до вечера. И приказ он до тех пор не изменит. Так что брысь с глаз долой. — Страж отпустил меня. Я же смотрела на его удаляющуюся спину и поджимала губы.
И снова мне не ответили, что происходит с моим зверем. Силы покидали меня, и обезболивающая настойка преставала действовать. Я привалилась спиной к кирпичному дому и тут же охнула. Ушибы начали ныть. Пришлось смириться с тем, что сейчас я ничего не добьюсь. Может, и вправду лучше наведаться чуть позже?
Я побрела к ближайшему постоялому двору. Тратить время на то, чтобы идти до дома и обратно, даже не думала.
Вынырнула из него, когда на часах пробило время позднего обеда. Кряхтя, слезла с кровати. Вышла из комнаты, набросив на себя свой мятый плащ, что при свете дня выглядел как тряпка.
Я доковыляла до казармы стражи и такой жалкой ощущала себя в этот момент, что с трудом сдерживала безобразные слезы. Понимала, что мужчин они не разжалобят, а то и того хуже, выведут из себя.
Только занесла кулак, чтобы постучать в дверь, но она сама открылась еще до того, как я замахнулась. Все тот же здоровяк сурово сдвинул брови, оглядывая меня, и качнул головой, чтобы я следовала за ним.
"— Проходи.