Это создаёт особенное настроение, я люблю Новый год. Мы садимся у панорамного окна, за которым горят ночные огни. У меня прекрасное настроение, давно я не чувствовала себя так легко. И Стас меня больше не раздражает. Наоборот, мне приятно в его обществе.
Это неожиданное открытие. Я привыкла ненавидеть и презирать Стаса, а тут вдруг наслаждаюсь его обществом. А еще все время вспоминаю наш поцелуй. Больше недели прошло, а до сих пор дух захватывает, как будто мы поцеловались только что. А когда я ловлю взгляды Стаса в адрес моих губ, понимая, что он тоже вспоминает поцелуй, такое волнение накатывает, что сердцебиение учащается.
— Можно я задам тебе вопрос? — набираюсь смелости, когда официант приносит десерты. — А то мы все обо мне, да о Веронике.
— Конечно, спрашивай, что хочешь.
— Что с тобой было тогда в аэропорту, когда ты за мной побежал, а тебя остановила охрана с дубинками?
Этот вопрос не даёт мне покоя пять лет.
— Отсидел пятнадцать суток в обезьяннике с бомжами.
Не выдерживаю и прыскаю от смеха.
"— Знаешь, обезьянник пошел мне на пользу. Я там многое переосмыслил, — заявляет с серьезным видом, когда заканчивает смеяться.
— Да!? И что же ты переосмыслил?
— Всю свою жизнь. Бросил гонки, достал диплом и пошел работать.
— Мне до сих пор трудно поверить, что ты променял свой любимый спорткар на душный костюм и галстук.
Я же помню, как Стас брезгливо морщился при упоминании об офисной работе.
— Мне тоже было сложно поверить, что я сделал это.
— Не жалеешь?
— Нет, я ведь тебя снова встретил.
Смущенно опускаю взгляд в кружку с какао. Боже мой, неужели спустя столько лет у него до сих пор ко мне чувства? Стас не просто не женился и не завёл серьезных отношений, а даже не разлюбил меня. Хоть и не признавался мне в любви прямым текстом, а все равно понятны его чувства. Разве такое возможно?
А я? Я разлюбила?
Когда задаю себе этот вопрос, тело ледяным ужасом простреливает. Я боюсь своего же честного ответа. Лучше об этом не думать.
После ужина в ресторане мы медленно направляемся в сторону гостиницы. Стас так же держит меня за руку, а я так же не пытаюсь ее вырвать. Наоборот, ловлю себя на мысли, что как можно дольше не хочу подходить близко к отелю, чтобы не размыкать ладони.