В ней больше русского духа, как и в Екатерине, хоть они обе и не являются дочерями своей страны. Я больше не нужна вам для разговора, и поэтому, откланиваюсь. Я должна была лишь посмотреть на вас – увидеть в чьи руки передаю свою подругу. Сейчас я спокойна.
– Роза? – я встала за ней, но она остановила меня – взяла за руку и усадила обратно. Договоритесь обо всем, и потом ты расскажешь мне. Я не стану вам мешать. Всего доброго, месье посол, - с этими словами она вышла. Через пару минут я услышала, как отъехала карета.
– Ваша подруга весьма точно описала то, что сказала её Величество, мне даже было немного страшно от того, что она как-то могла услышать наш с ней разговор. Я готов предложить вам следующее: место при дворе, имя, которое будет знать вся Россия, усадьбу и дом, недалеко от дворца её Величества, как летнего, так и зимнего, у вас будет начальная сумма, чтобы обеспечить себе все необходимое, а также, для открытия модного дома, - перечислял Иван Сергеевич, но я вспоминала архитектуру Екатерининского дворца, что в моем времени находился в городе Пушкин – это удивительное строение, что так любили все три русские императрицы.
Зимний мне казался всегда слишком грубым, слишком мужским. Мои знания в истории, вероятнее всего, делали его таким, но до момента, когда Аврора произведет исторический выстрел было еще слишком далеко.
– Мадемуазель, мадемуазель, – я пришла в себя от того, что посол стоял надо мной и боялся прикоснуться, старался вернуть мое сознание сюда, в этот кабинет.
– Нет, что вы, мне все нравится, просто я задумалась – я так много слышала об архитектуре этих дворцов, что даже не представляла, что увижу их, - ответила я и глубоко вдохнула. Сердце билось как птичка – я хотела домой.
– Значит, я могу оповестить её Величество, что вы согласны?
– Да, месье посол, я согласна, и эти примеры наших работ вы можете отправить в Санкт- Петербург, – сказала я уже на русском, от чего у него открылся рот.
– Вы говорите на русском?
– Да, потому что меня всегда очень интересовала и привлекала эта страна.
Дверь открылась, и вошла служанка, что на русском, очень мягко и тихо сообщила, что стол накрыт, и шеф-повар сам лично все проверил.
Я ела пирожки и наслаждалась русской речью, русской посудой, которая украшала стол.