Я промыла ее травяным отваром и, наложив мазь, принялась туго бинтовать обнаженный торс, стараясь не смотреть на лорда. Получалось с трудом – слишком близко он был.
«Я веду себя как идиотка! Подумаешь, красивый мускулистый торс… Зато он меня под арест посадил и вообще…»
Бинтовать было совершенно неудобно, чтобы перехватить бинт из руки в руку мне приходилось почти обнимать барона, прижимаясь щекой к обнаженной груди. Когда я закончила работу, лицо у меня горело. Мне хотелось хоть чем-то заполнить неловкую паузу, и я сказала первое, что пришло в голову:
-- Не похоже на рану от стрелы.
Он чуть усмехнулся и спросил:
-- Откуда вы знаете, Элиз? Видели раны раньше?
Он что, собирается меня подловить на чем-то?! Я сердито мотнула головой и ответила:
-- Когда я очнулась, я почти сразу поняла, что я на корабле. Но я понятия не имею, видела ли я раньше корабли и море. Я знала, как выглядит хлеб, но не помню, откуда. Может быть, я его пекла или продавала, а может быть, просто ела.
-- Это срезень, – перебил меня барон и на мой недоуменный взгляд пояснил: -- Несколько необычная стрела с очень широким наконечником. Если бы попали в тело, я бы не выжил. Срезень оставляет широкие раны. И люди, и кони одинаково умирают от кровотечения. Но господь смилостивился: я чихнул в этот момент, и срезень скользнул по боку, просто распоров кожу. А заодно испортив теплую куртку и новую рубаху.
-- Куртку можно починить, ничего страшного. Но зачем вас убивать? Я просто не понимаю. Кому это надо?
-- Хороший вопрос, леди Элиз. Очень хороший. Для меня главное, что это нужно не вам.
Мне стало неловко, лорд так смотрел, что у меня уши заполыхали и, пытаясь отвлечь его, я поспешно задала новый вопрос:
-- А это не может быть кто-то с вашей прежней службы? Ну, восток – дело тонкое… Может быть, обидели какую-нибудь барышню, и теперь родственники приехали? Ну, там кровная месть и всякое такое?
-- Нет, леди Элиз.
-- Я могу заняться делами?
-- Да, позовите мне капитана Арса и дождитесь его."
"Ждать пришлось долго, но меня радовало уже то, что меня выпустят из комнаты. Я только чуть расстраивалась, что не попросила у барона письмо от моего якобы отца. Даже не сообразила спросить, а что именно там написано. Но возвращаться уже не стала. Главное, что он мне верит.