— Государь, — к нему, тяжело дыша, поднялся князь Орлов, — мы можем идти дальше, гвардейцы хотят знать, какие у нас планы?
— Планы просты, князь, — Алексей усмехнулся, — наша задача — добраться до Парижа, ничего не изменилось, так что идем вперед. Мирных граждан мы трогать не будем, я не изверг. Но каждый француз, что выйдет против нас с оружием в руках, умрет.
— Понял, государь, — Орлов кивнул и улыбнулся, — я рад, что вы наконец-то решились показать миру, что наша империя по-прежнему сильна.
— Давно нужно было это сделать, — Алексей тяжело вздохнул, — я слишком долго старался быть хорошим человеком, князь, но, как показывает практика, хороший человек не может быть хорошим правителем, — император слабо улыбнулся, — я сделал выбор, и теперь мир увидит другого Алексея. Сначала мы выиграем эту войну, а потом вернемся домой и заставим и наших аристократов уважать власть.
— Можете положиться на меня в этом вопросе, государь, — Орлов вновь склонился в поклоне, — мой род верен трону.
— Я знаю, князь, я знаю, — на губах императора появилась ироничная улыбка, — что ж, пора идти дальше!
* * *Париж. Королевский дворец.
— Итак, южную битву мы уже проиграли, господа, — потухшим голосом произнес Людовик, глядя на своих генералов, — единственное, что стоит на пути русского императора к нашей столице, это расстояние, но это препятствие надолго его не остановит.
— Это големы, ваше королевское величество? — осторожно спросил один из генералов, — но разве русские так далеко продвинулись в големостроении? Да и как какие-то големы смогли победить десять тысяч бойцов?
— Это не големы, — Людовик откинулся на спинку трона, — это что-то другое.