Медленно вынырнув на поверхность, я в изумлении распахнула глаза.
И увидела его напряженное лицо. Челюсти стиснуты, глаза горят. Я вдруг осознала, что он на мне.
— Вик, не могу больше, — сдавленно прохрипел он.
И в следующее мгновение…
— Ай! — я громко вскрикнула, вцепившись в его плечи.
— Что еще за «ай»? — пробормотал он, нахмурившись. — Что за фигня?
— Я не сказала, — пошептала я, — извини.
— Песец… — он зажмурился и замер на несколько мгновений.
После чего медленно продолжил, видимо, решив отложить вопросы на потом.
Неприятные ощущения быстро отступили, сменившись новой волной возбуждения. Я почувствовала, как меня вновь закрутил вихрь, подхватывая и отрывая от земли.
Такие непривычные ощущения. Все так ново и волнительно.
Я взглянула в лицо Макса и поймала его горящий взгляд.
— Да, смотри на меня, — услышала его тихий хриплый рык.
Он вдруг ускорился, стал резче и жестче, из его губ вырвался приглушенный стон, он зажмурился и внезапно покинул меня, буквально обрушиваясь сверху.
Ох…
Мой первый раз. Обалдеть. Это случилось.
Макс вытянулся рядом на широком диване, устраивая мою голову у себя на плече и крепко обнимая.
Мы лежали так несколько минут, наслаждаясь негой и нежностью. Я чувствовала, как он гладит мое плечо и как второй рукой перебирает мои волосы.
А я вдыхала чувственный запах его кожи и слушала, как бьется его сердце.
— Вик, — через какое-то время тихонько позвал он.
Я, невероятно смущаясь, подняла к нему лицо.
— Ничего не хочешь мне рассказать? — поднял он бровь.
— Ты не расстроился? — на всякий случай уточнила я.
— Нет, я просто о…офигел, скажем так. Но я точно не расстроился, — ухмыльнулся он. — Но даже не думай, что тебе удастся слезть с темы. У меня в голове не укладывается. Какого хрена?
— Ну, у Стаса есть любовница, — вздохнула я.
— Да хоть десять любовниц! Ты же была его женой! — воскликнул он, внимательно глядя на меня.
— Ну, он на мне женился для прикрытия своих связей. Я сама по себе ему была не интересна как женщина, — покраснела я.
— Почему ты мне об этом раньше не сказала?
— Думаешь, мне хотелось в таком признаваться? Это унизительно! — горло сдавило, и я чуть не заплакала.
— Эй! Ты чего? Ш-ш-ш… Котенок, проблема тут явно не в тебе, — он обнял меня по крепче и погладил по волосам.
— Да, я знаю.