Он беспокоится обо мне, да и о Лоле тоже. Но порой, например, как сейчас, он говорит такое, что я начинаю сомневаться в его мотивах.
Временами кажется немыслимым, что он может ляпнуть обо мне или о ней что-то плохое. Аарон ведет себя очень благодушно и предупредительно, не позволяя себе никаких ядовитых замечаний. В такие вечера мы втроем сидим в нашей гостиной, смотрим кино и смеемся.
А бывает как сейчас, когда мерзость из него так и прет. Иногда его настроение меняется внезапно, словно по удару хлыста, и я спрашиваю себя, знаю ли я вообще этого человека.
Когда машина останавливается перед нашим домом, я обнимаю Аарона.
– Я тоже о тебе забочусь.
* * *Я наполовину готова, когда в мою спальню вламывается Лола. От нее разит пивом и леденцами.
– Я люблю хоккей!
Вид у нее соответствующий: хоккейный свитер с надписью «Митчелл» и вязаная шапочка с эмблемой «Титанов». Я немного завидую, что мне не удалось сходить на игру.
– Конечно, не так сильно, как люблю фигурное катание. Но в хоккее больше драмы, это как опера, только с клюшками.
– Пьет с друзьями. Я спросила, не хочет ли он со мной поужинать, а он сказал «нет». А еще, что хоккеисты – отстой и что я не должна ходить туда, куда ты меня зовешь. Последнее – это что-то новенькое.
Она стонет и плюхается рядом со мной на диван.
– Клянусь, этот парень такой паникер. Мы идем в «Горшочек меда», а не собираемся замуж.
«Горшочек меда» – самый популярный ночной клуб в Лос-Анджелесе.
Ло терпеть не может тренажерный зал. Нет, это слишком мягко сказано. Ло ненавидит тренажерный зал всей душой, но она таскалась туда каждый день, пока совершенно не покорила Браяр.
Лола с самого начала не скрывала своих мотивов, и Браяр, к счастью, сочла это прикольным.
– Не замуж? Значит, я не надену платье подружки невесты? – поддразниваю я и бросаюсь ее щекотать.
– Не надо! – умоляет она, откатываясь от меня. – Я так накачалась пивом, что могу лопнуть.
Подруга скидывает кроссовки и тянется за одеялом, наброшенным на спинку дивана.
– Я чуть-чуть вздремну и потом сразу начну собираться, обещаю.