– Если вдруг увидишь Анемону… держись от неё подальше – просто на всякий случай».
Старший брат нахмурился.
«Не пугай меня, братишка».
«Понимаешь… беспокоит меня её душа. Надеюсь, что ошибся, но мало ли…»
Плавник побледнел, явно припомнив историю Альбатроса.
«Я как раз планировал экспедицию на дальние острова, чтобы нанести их на карту… Пожалуй, самое время».
«Думаю, да. – Карапакс помигал полосками, выражая сильную тревогу. – Возьми с собой братьев»."
"«Всех? Три луны! – Плавник кисло улыбнулся. – Получится не экспедиция, а вторжение.
Он стремительно скользнул прочь, и Карапакс направился в указанный сад, где сразу понял, почему малютка Кайра облюбовала это место. Из гейзеров на морском дне поднимались струи тёплых пузырьков. В детстве ему тоже нравилось играть с ними.
Коралл сидела рядом, с улыбкой наблюдая, как младшая дочь, одетая в сбруйку, прыгает и кувыркается в тёплом потоке, хватая пузырьки коготками. В лапах королева держала грифельную доску, но ничего не писала.
«Мама», – мигнул полосками дракончик, усаживаясь рядом.
«О, привет! – ответила она, мельком взглянув на него. Похоже, не узнала.
С чего же начать? Стоит ли вообще предупреждать об Анемоне? А вдруг сестра вовсе не стремится к поединку за трон? В конце концов, она могла легко добраться домой первая, но её нет.
Может, Мракокрад прав, и Анемона, как прежде, сидит на Яшмовой горе, лакомится рыбой и задирает нос перед драконятами? Если так, незачем устраивать ей неприятности с матерью.
А вдруг Коралл с Кайрой в опасности на самом деле? Тогда нельзя не предупредить. Карапакс задумчиво поглядел вверх на поверхность моря, словно надеялся увидеть Анемону, нарезающую круги, словно акула.
«Ну разве она не прелесть? – промигала вдруг полосками мать, и Карапакс не сразу понял, о ком речь. Королева кивнула на играющую Кайру. – Я была уверена, что на мне проклятие, и ни одна дочь в живых не останется – а теперь их целых три! – Она с улыбкой поймала когтями резвый пузырёк.
«Я так и не извинился перед тобой», – выпалил неожиданно для себя Карапакс и тут же зажал светящиеся полоски крыльями. Он собирался говорить совсем не о том.
«За что?»
«За разбитые яйца с принцессами, – ответил он с несчастным видом. – Когда я должен был найти Скорпену.