Морская принцесса сидела тут же, высокомерно задрав подбородок, словно рядом с матерью на заседании королевского совета. Время от времени Мракокрад передавал ей свиток и просил почитать вслух или поискать, не упоминается ли там принц Глубин, и Анемона с радостью выполняла просьбу.
Шумиха утихла, и в академии Яшмовой горы всё шло своим чередом. Из укрытия за бронзовым гонгом Карапакс наблюдал, как земляные драконята направляются в пещеру для рисования, песчаные несут музыкальные инструменты, а радужные летят на прогулку с корзинами для сбора ягод.
"Интересно, подумал морской дракончик, почему никто не зовёт Анемону на занятия, которые ей положено посещать? Щук несколько раз показывался в главном зале, сверля гигантского ночного подозрительным взглядом, но разговоров не заводил.
Около полудня Глин собрал в зале небесных драконят, и Беда рассказала им о поединке между Пурпур и Рубин. Узнав, что старая Небесная королева убита и новая прочно утвердилась на троне, ученики переглядывались с облегчением.
– Привет, Жар! – вежливо кивнул чёрный великан, опуская свиток на пол и закладывая прочитанное место камнем.
– Держись подальше от моих мыслей! – грубо рыкнул в ответ небесный.
– С удовольствием.
– Ты и раньше у меня в голове копался! Думаешь, не знаю? – Жар сердито хлестнул хвостом. – Я чувствовал. Не смей!
Мракокрад задумчиво глянул на его изуродованную ядом морду.
– Ладно, так и быть. Очень уж там у тебя темно.
– Что ты имеешь в виду? – злобно оскалился небесный.
– Темно в смысле мрачно или пусто-пусто? – насмешливо поинтересовалась Анемона.
Дракончик свирепо зашипел, но Мракокрад шагнул вперёд, заслоняя собой принцессу.
– Знаешь, Жар… – спокойно произнёс он, – а я ведь мог бы вылечить твой шрам.
Небесный отпрянул, прикрывая морду лапой, и мрачно оскалился.
– Только не надо врать! Я уже просил дракоманта вылечить меня, а он не пожелал… или не мог… падаль червивая!
– Ты Камнероя просил? – поднял брови ночной.