Да еще с ними пошли, по рекомендации освобожденных побратимов, десятка три каторжников, решивших присоединиться к артели. Так, что в город уходила прилична колона людей, оставивших после себя в каменоломнях развалины и еще теплые головешки.
Неделя на 'удовольствие' по сбору трофеев и полностью конный отряд в две тысячи всадников при восемнадцати 'единорогов' и десяти трофейных пушек, вышел на дорогу в Лондон, до которого было порядком ста тридцати- ста пятидесяти километров. О чем и особенно о скором взятии столицы королевства широко раструбили в Портсмуте и округе, еще сразу после захвата города, дав возможность уйти, 'обманув' патрули, одному-двум десяткам беглецов.
Реакция Лондона не заставила себя ждать, и так парламент с правительством сильно задержались с ответным ходом. 'Витязи' ждали появление английских войск намного ранее, хотя бы еще в Саутгемптоне. Прибывший от одного из дозоров посыльный, чуть не загнавший коня, привез известие о движении по лондонской дороге от столицы в сторону Портсмута отряда правительственных войск.
После прибытия второго посыльного от дозора, привезшего уточненные от 'языка' данные о приближающемся вражеском отряде, Полухин, прихватив сопровождение, в тысячу бойцов, ушел на соединение с первым отрядом. С которым вскоре и соединился на месте предполагаемой засады.
По уточненным данным в 'гости' к 'витязям' шли шесть с хвостиком тысяч пехоты, мушкетеров и пикинеров, чуть более двух с половиной тысяч конницы, обычное рыцарское ополчение и тысячи с полторы из лондонского городского ополчения, обычные лавочники да ремесленники решили повоевать или, что вернее всего, поправить свое финансовое положение, и не только за счет врагов.
Место, выбранное для встречи данной армии, располагалось на участке дороги, проходящего вдоль крутого бережка реки, ну как реки, маленького ручейка, который можно перейти чуть замочив сапоги.