Клянусь, с каждым днем я влюбляюсь в него все больше и больше. Я влюбляюсь в то, как он готовит мне завтрак каждое утро. Как он берет меня на пробежку и наблюдает за моим сердцебиением через это. Как он несет меня в постель каждую ночь, когда я засыпаю на нем. Как он трахает меня, будто не может насытиться мной.
Я люблю его внимательность и заботливость. Черт, иногда я даже люблю его собственничество.
Я люблю его всего.
Мы приезжаем.
Это двухэтажный дом с небольшим садом, за которым я ухаживаю. Эйден купил землю рядом с нами на нашу первую годовщину.
Наш настоящий дом.
С тех пор я схожу с ума, придумывая тысячу и одну идею. Я даже подумываю об объединении этих двух земель и получения от этого удовольствия.
Сейчас мы живем в уютном доме, в котором царит старинная атмосфера.
Как только мы оказываемся внутри, я останавливаюсь, чтобы снять пальто. Эйден снимает пиджак и мчится на кухню — без сомнения, за моими лекарствами.
Я изучаю наш дом с деревянным полом и темным декором.
Оттенок возбуждения охватывает меня при воспоминании, как Эйден загонял меня во все углы этого дома. На диване, у стойки и даже на полу возле входа."
"Это место наполнено столькими трогательными воспоминаниями.
Повесив пальто и шарф, я на цыпочках иду на кухню. Эйден стоит у прилавка, суетясь с таблетками. Он все еще каждый раз читает инструкцию. С ним нет никакого риска ошибиться.
Я обнимаю его сзади и прижимаюсь щекой к его спине.
Возможно, Эйден больше и не футболист — за исключением редких игр время от времени, — но его телосложение по-прежнему крепкое и подтянутое.
Мы вместе ходим на пробежки, и он тренируется, когда у него бессонница, хотя с тех пор, как мы поженились, это стало редкостью.
— Чего ты хочешь больше всего на свете, Эйден?
— Тебя.
Он не медлит.
Я улыбаюсь.
— Что еще?
— Здоровую, счастливую тебя и чертовски мою.
Боже. Он станет моей смертью.
— Что еще?
— Это все.
— И это все?
— Да.
Он поворачивается и протягивает мне таблетки со стаканом воды.
Я выпиваю лекарства, пока он пристально наблюдает за мной. Я тоже наблюдаю за ним. Его взъерошенные волосы, родинка в уголке металлических глаз и намек на татуировки со стрелками, когда рукав его рубашки закатан.
Он хватает меня за локоть.
— Давай-ка ты немного отдохнешь.
Я вырываюсь.
— Я не устала.
Он поднимает бровь и наклоняет голову.
— Если ты не устала, я трахну тебя в душе, как вчера.