Крепостная

Она вырвала локоть из его ладони и, окатив Андрея непокорным взором, нервно произнесла:

— Ах, я поняла! Наверное, теперь вы хотите назвать меня блудницей? Ведь после того, что няня рассказала, именно так вы, наверное, окрестили меня в своем сердце?

— Это не так, — выпалил Андрей, поджимая губы.

— Так! — выдохнула Груша. — Даже смотрите вы сейчас на меня так мрачно и сурово, будто я виновата во всех смертных грехах!

— Грушенька, ну что вы говорите?! Я вовсе не это хотел вам сказать, — вымолвил Елагин, стараясь, чтобы она поняла его.

— А я не хочу ничего слышать ни от вас, ни от князя, ни от кого бы то ни было! Я покоя только хочу от всех вас, ироды! — выпалила Грушенька в сердцах, окончательно впадая в истерическое состояние. И побежала прочь, высоко поднимая юбку.

Андрей мрачно и тоскливо смотрел ей вслед и ощущал, что тогда его необдуманные оскорбительные слова действительно сильно обидели девушку, и, видимо, отныне она не хотела не только говорить с ним, но даже видеть его.

Несчастно вздыхая и понимая, что сам во всем виноват, молодой человек поплелся в сторону дворца, намереваясь наконец доложить княжне, что стройка закончится через неделю. А после доклада он собирался вернуться обратно в Чубарово, понимая, что Груша не желает видеть его.

Глава V. Обрыв"

"Спустя неделю в один из вечеров Груша поздно закончила мыть посуду и, пожелав Агафье и Матрене спокойного сна, устало направилась в свою комнату. За то время, что прошло после ужасного дня наказания и порки, Груша почти не видела князя Урусова.

Завтрак он требовал приносить Прошу, в гостиную вечером Грушу не звал, да и других приказаний не давал. Девушка уже надеялась, что князь наконец решил оставить ее в покое. Все эти дни она слышала от дворовых людей, что Урусов не в духе и каждый вечер напивается до бессознательного состояния. Но ей это было безразлично. «Раз князь привык жить праздно, гнусно и постоянно пребывать в пьяном виде, это его дело», — думала Груша, заходя в свою спальню.

Сразу после наказания Агафьи княжна Татьяна, желая показаться всем благодетельницей, попыталась убедить Константина в том, что Груша не должна работать на кухне. Но Урусов пригрозил сестре, что выгонит ее из именья, если Татьяна будет вмешиваться в его дела. Так как желание помочь Груше у княжны было не таким уж сильным, она быстро отступила, заявив, что сделать ничего не может.