– А ты не голоден? Я бы пообедала.
Я оглядываюсь, проверяя, что никого из охраны нет поблизости, и скидываю с себя куртку. Макс издает неопределенный звук, словно не успел насмотреться на меня в беседке, а еще через мгновение он принимается мешать мне. Господин Маркелов перехватывает край моей футболки и не дает быстренько переодеться.
– Макс, тебе сколько лет? – ворчу, пытаясь отвоевать свою обновку. – И в доме вообще-то полно мужчин."
"Хотя этот довод не работает. Макс стоит так, что загораживает дверь своим телом.
– Нас не видели? В беседке… Антон говорил, что во дворе есть видеонаблюдение.
Макс останавливается, когда замечает, что мне не до игр. Он сам натягивает на меня футболку через голову и целует в макушку.
– У меня в команде нет извращенцев, – усмехается он. – Черт, Ариш, ты реально покраснела! Никто там ничего не разглядывал. Но если ты стесняешься, я могу поменять парней.
– Не надо. – Я качаю головой. – Из-за меня не надо. Ты же им доверяешь?
Ему нужна охрана, это я уже уяснила. И если именно эти парни рядом с ним, значит, они лучшие. Еще не хватало, чтобы он отсылал их подальше, потому что мне неловко смотреть им в глаза!
– Доверяю, они давно со мной.
Максим кладет ладони мне на плечи и мягко массирует. Он умеет пользоваться своей силой в правильных дозировках. Хотя его трудно назвать нежным и уж тем более милым, но он пытается перестроиться. Я замечаю, как он то и дело тормозит себя. У него даже голос стал чуть иным. Он пытается приглушить командирские интонации. Мне даже становится любопытно, что происходит в его голове. Он смотрит на меня и напоминает себе, что перед ним хрупкая девушка с обидчивым нравом? Что надо поменьше давить, а металл в голосе и темноту во взгляде куда-то спрятать?
– Я займусь обедом, а ты – кофе.
Я встаю на носочки и целую его в нос, чему он не особо рад. Он стискивает мою талию наглыми ладонями, показывая, что ему нужно намного больше. Но я отбиваюсь и иду к холодильнику.
Сервировка занимает минут пятнадцать (все-таки в холостяцких привычках есть приятные моменты). Мне не приходится готовить.