И не потому, что не доверял, а просто потому, что никто другой не умел так чувствовать лошадей и предугадывать их поведение. Не стоило забывать, что лошади животные очень чуткие и пугливые, а значит, любую засаду способны почувствовать заранее. Главное, вовремя заметить их беспокойство и понять, что с ними. По местным реалиям, такая предосторожность была совсем не лишней.
Слуги, передохнув и отоспавшись после всей этой катавасии, принялись грузить весь прибывший с князем Дато транспорт. Благо на этот раз все телеги шли почти пустыми.
– Татошка, ты чего надулась, как мышь на крупу? – с улыбкой поинтересовался парень, обнимая ее.
– Я все поговорить с тобой хочу, а тебе некогда, – обиженно буркнула девушка, делая слабую попытку вырваться из его объятий.
"– Не дури, – фыркнул Елисей. – Знаешь же, что в дороге разное потребоваться может. А ежели я забуду чего? Лучше рассказывай, чего надумала.
– Я просить тебя хотела, – вздохнула Наталья.
– Чего? Случилось что, или купить что забыла? – насторожился Елисей.
– Нет. Я хочу, чтобы с нами кормилица моя поехала.
– Погоди. А семья ее? – удивился Елисей. – У нее ж у самой и дети есть, и внуки, небось, имеются.
– Внуков нет, а дети взрослые уже. Они все в имении нашем служат. В доме только она.
– Я что-то в толк не возьму, ежели тебе служанка нужна, так в дороге Ирина прислуживать станет. А ежели боишься и хочешь хоть кого знакомого рядом иметь, так прежде не только о себе, но и о ней подумай. Каково ей-то станет на чужой стороне да без родных. У тебя-то я имеюсь.
– Она сама просила ее с собой взять, – тихо всхлипнула Наталья, пряча лицо у него на груди.
– Так. Одевайся, – чмокнув жену в нос, приказал парень. – Шевелись давай, я прикажу коляску заложить, – добавил он, стремительно выходя из комнаты.
Спустя час они рысью катили к дому князей Тархановых. Любим, отлично знавший дорогу, весело насвистывал, погоняя коней, а Елисей, то и дело поглядывая на жену, про себя усмехался. Наталья, пользуясь случаем, успела нацепить на себя часть украшений, которые специально для нее заказал сам Елисей.