Откуда там взяться ведьминской магии?
— Я сам не хочу в это верить, но черный камень…
— Причём здесь камень? Вы не хуже меня знаете, что чтобы не показал камень, всегда всё зависит от конкретного человека. От его усердия и выбора.
— Я вас понимаю. Вы хотите защитить своего студента, но мы не можем никак не отреагировать на такой явный сигнал, — примирительно проговорил ректор.
— И что же вы намерены делать? — сухо поинтересовался Клавдий Тихомирович.
— Пока не знаю. Хотел с вами посоветоваться.
— Я считаю, что любые разбирательства по этому вопросу могут наложить тень на род Филатовых, имя которых совсем недавно отмыли от всей той грязи, что подкинули им лекари.
— Мы можем сделать это скрытно. Никто не будет знать, кроме нас троих.
— Тогда зачем вообще эта проверка? — развёл руками декан. — Я уверен, что Саша Филатов просто сильный аптекарь.
— Посмотрим. Как бы то ни было, но я намерен выяснить, что значит черный цвет кристалла в его случае, — заявил ректор.
— Как вам будет угодно, — кивнул Клавдий Тихомирович и вышел из зала совещаний.
Он знал точно, что бы не показала очередная проверка, он не предаст своего студента и будет бороться за него до конца.
* * *"
"Я вернулся домой и, пообедав, хотел пойти в лабораторию, чтобы приготовить афродизиак для баронессы, но тут меня перехватила Настя.
— Слушай, братец, а зачем тебе статуэтка лошади? — завела она старую песню. — Что ты с ней собираешься делать?
— Ничего, — пожал я плечами.
Я действительно, не знал, как её применить. Просто держал на тот случай, если понадобятся деньги, но в последнее время дела идут всё лучше, и вассалы честно выполняют свою часть договорённости. Денег нам хватает на всё необходимое.
— Отдай её мне, — попросила она.
— Что ты с ней будешь делать?
— Поставлю на полочку и буду хвастаться перед подружками.
— Вот этого точно делать не следует. Меня могут обвинить в краже имущества, принадлежащего империи, — строго сказал я.
— М-да, — задумалась она. — Ну ладно, тогда она мне не нужна. Пусть пылится у тебя.
Она прошла в гостиную и плюхнулась на диван, а я подошёл к двери, взялся за ручку и задумался.
А что, если продать фигурку? Если она так дорого стоит, как говорил Ваня, то я смогу купить себе хорошую машину.
— Дед, ты дома⁈ — крикнул я.
— Здесь я! Чего тебе? — послышался его голос из кабинета.
Я зашел и плотно закрыл за собой дверь комнаты.