— Окинул ее быстрым пытливым взглядом и, взяв за локоть, выдернул из угла. — Мотю твоего не учили, что девочек обижать нельзя.
— А ты не то же самое делать собрался?
— Мне можно. Я свою. А он чужую — мою.
— Издеваешься.
— Нет. Я из-за тебя крови нахлебался. Ты мне теперь роднее некуда. Так что, если у него совсем с головой плохо. И он вздумает позвонить. Или, не дай бог, прийти. Скажи ему сразу. Что я его кончу. Без вариантов. Квартиру закрой и поехали.
— Куда?
— Куда-нибудь. А то Мотя мне романтику испортил.
— А у нас с тобой, Мажарин, охренеть, как все романтично! Ты-то вообще не просил, я к тебе сама приехала!
— Угу, — чему-то довольно кивнул Сергей. — И чего ты с ним связалась? У него же на роже написано, что он недоделок.
— Это не я с ним. Он со мной. Я не разбиралась, что у него на роже написано. Они мне все на одну рожу. Это только ты особенный. А остальные все недоделки и утырки.
— Я прям сейчас хочу убить тебя за эти слова.
— Знаю. Секс будет, или сразу убьешь?
— Поторопись, Мариша. Ты же не хочешь, чтобы сейчас кто-нибудь вызвал лифт на первый этаж?
Марина тут же сорвалась с места, быстро закрыла квартиру и стала торопливо спускаться по лестнице, вцепившись Мажарину в рукав пиджака.
— Он там хоть живой?
— Ни хрена с ним не будет. А жалко. Ну, может, сотрясение… может, оглохнет на одно ухо…
— Боже…
— Зато знать теперь будет, что девочек обижать нельзя.
***Секс у них был. В туалете ресторана. Разговаривать все равно не получалось. Либо молчали, либо каждое слово раскаленным клеймом по коже.
Марина сама спровоцировала, Мажарин не отказался. Ему же без разницы, как и где ее трахать, если она для него сука…
Секс в туалете… Противно. Грязно.
Сама в эту грязь залезла, потому что не видела другого выхода, и Сергея туда окунула.
Потом слезы по щекам градом.
Выскочила из ресторана, побежала к парковке, ища взглядом свободное такси.
Главное, вырваться и уехать домой.
Третий день… еще семь… выдержу… еще семь дней…
Только распахнула дверцу авто, чтобы сесть в салон, чья-то сильная рука буквально оттащила ее от машины.
Испугаться Марина не успела.
— Снова уходим по-английски? — рыкнул Мажарин.
— Отпусти, — проговорила, задыхаясь.
Но он не отпустил, а крепко прижал ее к себе за талию и поволок на другой конец ряда к своей машине.