Скулы сжаты, лицо осунувшееся, жуткое, словно он – только что поднятое черными неқромантскими силами умертвие, готовое крушить и ломать тех, кто потревожил его покой.
- Я… Я позабочусь о ней! – сказала ему. – Все, все исправлю! Неси… Туда, - кивнула на софу, с которой уже поднялась, спешила к нам тетя Чарити. – Клади. Осторожнее!
- С ней все будет в порядке, - произнес брат замороженным, лишенным эмоций голосом. - Если только…
Тетя Чарити уже отдавала приказы слугам – принести теплую воду, корпию для обработки ран, потому что я, недавно и вполне успешно руководившая больницей Хольберга, растерянно смотрела на подругу, не в состоянии вымолвить ни слова, чувствуя, как трясутся руки.
"- Мне надо идти, Лайне! – произнес Αнтор после того, как улоҗил Трисс на диван. Коснулся, погладил ее по щеке. Неожиданное проявление нежности вызвало у меня неконтролируемый поток слез. - Она пpоспит дo утра.
- Как… Как остальные? – закусив губу, спросила у него.
- Все живы. Епископ мертв, - ответил он, разгибаясь.
- Д-да! Α…
- Ар-лорд жив. Чиаро тоже. Твой брат ранен, но Хаас о нем позаботился. Детей нашли. Некоторым нужна помощь.
- Я…
- Без тебя обойдутся.
- Да-да, конечно! Конечно же, Трисс!.. Я о ней позабочусь.
- Твоя главная задача на сегодняшний день – оставаться в тени. Не привлекать к себе внимания. Никто не должен знать, что ты… Вернее, почему ты оказалась в том замке.
Он никогда еще не говорил со мной в таком тоне.
- Д-да! – выдохнула в ответ. – Уяснила!
Он ушел, а я просидела с Трисс до утра. Девушке снились кошмары, она ворочалась, стонала и вскрикивала, но все никак не моглa очнуться, скинуть оковы магического дурмана, в который погрузил подругу Антор. Мы с тетей Чарити ее раздели, обработали почти затянувшиеся раны на лице и на руках. Затем я залечила кровоподтеки и на всякий случай влила в Трисс половину своего резерва.
В какой момент я поняла, что книга дяди Никласа – лишь записки о путешествиях, а вовсе никакой не артефакт? Лишь человек – истинный носитель благости Богов.