Может, на темно-бордовом восточном ковре с характерными узорами Островного Королевства? Или же на застекленных шкафах с огромным количеством книг и свертков всех размеров? Или же на полках, заваленных всем, о чем только может мечтать душа некромага? Взглянула на портреты незнакомых мужчин на выкрашенных в темно-оливковый цвет стенах. В их взорах читалось явное неудовольствие. Я вздохнула. Ну да, предыдущим ректорам нашлось бы, что мне сказать!
Нынешний же… Господин ректор сидел за столом, как раз перед окном, завешенным темно-красными гардинами,и свет, пробивающийся сквозь шторы, бросал кровавые блики на его лицо.
- Очнулась, девушка-берсерк? - произнес ректор удовлетворенно. Поднялся, пошел ко мне, и я…
Я смотрела, как он приближался. Мыслей не было. Ни одной. Поджала ноги,и лорд Шаррез сел рядом.
- Пей! – вылoвил из кармана мантии маленькую серебряную фляжку на цепочке, снял крышку.
- Что это?
- Пей же, Рисааль! Поверь, не в моих интересах тебя травить. Нашлись куда более заинтересованные стороны.
Выпила. На вкус – мерзко, но в голове немного прояснилось. Гадкое любовное зелье. Скорее всего, его подлили в мой компот… Ильсар Шаррез сидел рядом, держал мою руку. Сдавил запястье пальцами, щупая пульс. Вчера бы я прыгала до небес от счастья, а сегодня ничего, ничего не почувствовала. Его близость меня не волновала.
- К завтрашнему пройдет, - сказал ректор.
Память – заткнись!
- Я не хотела, – выдохнула виновато, - ничего такого творить.
- Тебя никто не винит.
- На меня словно затмение нашло, - продолжaла покаянно. - Наверное, эта гадость была в…
- В твоем стакане, - подала голос Тирри. - Уже подтвержденный факт.
- Кто-то серьезно переборщил с дозой, - добавил Кристоф Рэнделл, – поэтому тебя так и…
Не договорил.
- Виновный будет наказан, - пообещал мне ректор.
- Кто… Кто он? - спросила у Ильсара Шарреза, который отпустил мою руку, но вставать с софы не спешил. - Тот самый, кто…
- Пока не могу сказать. Некий Диггори Липпару, – задумчиво произнес ректор, – утверждает, что он ни при чем. Не варил, не подливал и знать тебя не знает.