Наизусть, словно стихи любимого барда, вызубрила имена виновных, но, чтобы никого не забыть, записала для верности ещё и на свитке. Рассказала королю, королеве, Совету Верных в урезанном количестве – некоторые объяснялись с Особой Комиссией, а в их домах велись обысқи. Затем – следователям из Магического Контроля, Арно, родителям, примчавшимся из Хольберга, отцу Криса, преподавателям из Академии, Тирри и даже однокурсникам.
Вскоре я стала казаться себе сказителем, знавшим всего лишь одну историю. Зато какую!
Крис не отходил от меня ни на шаг.
Тут Крис не выдержал,и мы ушли. Вот так, поднялись посреди допроса и ушли из Магического Контроля! У меня бы духу не хватило, а с ним… С ним – что угодно и куда угодно!
Даже замуж.
Крис сообщил о нашей помолвке родителям, которые привезли ворох новостей из Χольберга и Островного Королевства. От них я узнала, что Шоун Орувелл уже далеко. Ему помогли перебраться в Драконье Королевство, после чего однокурсник затерялся на Юге, в Великих Степях, где все ещё царили странные нравы и кровавые обычаи.
Я надеялась, что Шоун сможет обрести свой дом вдалеке от Кемира, тогда как мой… Мой дом был в Бьоргене, рядом с Крисом. Да и он нисколько не сомневался в принятом решении. Очаровал мою маму, впечатлил подозрительного отца.
- Так тому и быть! – заявил папа, нервно потерев подбородок. Мы сидели в роскoшной столовой за большим столом в доме Михаса Рэнделла, который и слушать не захотел, чтобы будущие родственники остановились в столичной гостинице.
Я застонала, причем вовсе не мысленно, а очень даже вслух. Знала – за этой фразой последуют запугивания и угрозы, обещания смертельных проклятий десятой степени и армии оживших мертвецов под стенами Бьоргена. И все это – если его дочь не будет счастлива.