По аллеям неспешно прохаживались больные в халатах и клеенчатых тапочках. Не очень хорошо получилось с Таней, подумал Василий. Конечно, если бы все свелось только к улыбочкам и конфеткам в подарок к чаю, то вроде и ничего. Посмеялись и расстались. Но та ночь в ординаторской, когда он Таню оставил, чтобы позвонить во Львов! Хоть ничего и не было, но провести ночь, лежа рядом с девушкой, — это все равно какие-то обязательства. Она-то себя чувствует уязвленной.
Ивлиев остановился, увидев, как из ворот больницы вышла Таня.
"Таня вдруг сбавила шаг, начала рыться в сумочке.
На почте Василий оказался минута в минуту условленного времени. Зажав в руке газету, он не спеша двинулся к окошку выдачи корреспонденции до востребования.
— Иван Силантьевич? — переспросили из окна.
— Нет, Михаил Карпович.
— Тогда ждите. Пишут.
Кивнув, Ивлиев тоже пошел к выходу. В парке он выбрал самый тенистый и пустынный уголок, где почти не было прохожих, и уселся на скамью. Развернув сверток, он увидел несколько листов бумаги и фотографии. Одни из них относились к инженеру-технологу химзавода Васькову, другие — к водителю директора Пронько. Краткая характеристика на каждого, послужной список, сведения, которые могли оказаться полезными для розыска.