Галина, его домработница, приходящая каждый день на несколько часов, чтобы навести порядок и обеспечить Степана полноценной домашней едой, оставила заготовки в холодильнике. Разогреть в духовом шкафу – это всё, на что он был способен после мозгового штурма, который устраивал себе едва ли не каждодневно.
Женя колебалась с ответом, теребя пояс пальто.
– Хочу, – всё же сказала она, решив не лукавить.
А вот это хорошо. Степан выступал за честность.
Поиграть они потом успеют.
Щеки Жени вспыхнули, видимо, от собственной смелости, и, чтобы чем-то себя занять, девушка начала избавляться от короткого пальтишка.
"Степан же, не скрывая заинтересованности, впился в девушку жадным взглядом. Давай, Потеряшка, покажи себя в полной красе.
Не терпелось убедиться, что мужское чутье его не подвело.
Не подвело.
Женя скинула пальто и повернулась к Степану боком.
– Сюда можно повесить?
Она указала тонким пальчиком на вешалки.
У Степана же в зобу дыхание сперло. Пришлось приглушенно прокашляться.
– Да. Давай помогу.
Лишь подойдя к Потеряшке, Степан понял, что совершил ошибку. Не стоило этого делать. Не зря ещё в машине он подметил, что с девочкой что-то не так. Вернее, с ней-то как раз всё так. Её восприятие выбивалось из контекста всего, с чем приходилось сталкивать Степану последние годы.
Теперь, когда Женя сняла с себя верхнюю одежду и сапоги, он смог рассмотреть её. Невысокая, миниатюрная. Это Степан понял ещё на трассе. К чему не был готов – к округлым бедрам, красивой, аппетитной попке, немного даже великоватой для такой Дюймовочки.
На Жене был длинный, тонкий свитер чуть ниже бедер.
Ничего не скрывающий…
Уязвимость девочки била наотмашь. Интересно, Потеряшка вообще понимает, как на неё реагируют мужики? Как на неё реагирует он?
Чем её наделила природа?
Степан приблизился максимально близко к девушке, протянул руку, чтобы забрать меховое пальто. Недоразумение, которое вошло в моду несколько лет назад и очень полюбилось молодежи.
Какого черта она так реагирует на него?!
Он разве в её глазах не благородный рыцарь, спасший от насильников и оперов?
Нет, ни черта не благородный.
В собственных – так точно.
От красивого девичьего тела, находящегося в непозволительной близости, Степана слегка повело. В штанах потяжелело. Возбуждение прокатилось по крови теплой, едва ли не горячей волной.
И это он сытый.