Остановился ради любопытства, потому что досадно было наблюдать дорожные разборки с участием молодой девушки. Значит, не зря его торкнуло. Вспомнилась лихая молодость.
Девушка молчала. Смотрела куда-то перед собой, на сиденье. И сидела с неестественно прямой спиной, при этом по-прежнему втягивала шею в плечи. В руках она сжимала такой же дешевый кожаный рюкзачок. На рюкзак он никак не тянул. Какое-то непонятное небольшое недоразумение. Но девочка в него вцепилась намертво.
Неужели настолько сильно нервничает?
Он ещё раз прикинул сколько ей лет.
Непонятно, около двадцати точно. Не больше.
– Что ты делала на дороге? – задал он первый вопрос.
Потеряшка напряглась сильнее.
– Шла.
Барсову не понравился её ответ.
– Шла, значит.
– Да.
– И куда, позволь узнать?
Девушка поджала губы, невольно привлекая к ним внимание. Полноватые, без губной помады и блеска. Красивые такие.
Он представил, как будет их целовать.
Будет же…
На этот вопрос она не спешила отвечать. Степан прищурился.
Она его опередила. Рвано выдохнула и быстро заговорила:
– Я должна вам сказать спасибо… Вернее, не должна, а говорю! Если бы не вы… Я не знаю, что со мной случилось бы! Они…
Она так же резко замолчала, как и начала говорить. При этом быстро посмотрела в его сторону и так же быстро отвернулась.
Степан усмехнулся. Ещё и стесняшка? Сомнительно, скорее, у девочки нервное.
– Что произошло на дороге?
Она снова вздохнула.
– Я и сама не поняла, – уже тише и спокойнее произнесла, но рюкзак продолжила держать крепко. – Я шла. Они появились откуда-то… Я не поняла. Притормозили, начали предлагать поехать с ними. Я отказалась. Они завели разговор про деньги и…
Она снова повторила уже виденный им жест – прикрыла рот ладонью. На этот раз её ладонь дрожала сильнее.
Степану не нравилось, что девочка никак не может успокоиться.
Появилось иррациональное желание успокоить её и, возможно, пригреть на груди.
Это не то чтобы плохо… Скорее, Степан не рассчитывал ни на что подобное.
Нахмурившись, мужчина достал из дверного отсека новую бутылку с водой, открыл и протянул девушке.
– Пей и успокаивайся. Тебя никто не обидит.
Девушка взяла не сразу. Она по-прежнему не спешила расслабляться. Сидела в углу и нервничала.
Степан продолжал протягивать бутылку, а у самого в груди заворочалось раздражение: какого он возится с незнакомкой? Она нуждалась в помощи.