— Ты ведьмочка, — он все же поднял юбку и начал нежно целовать мои сведенные от страха коленки, — ты моя ведьмочка… Видимо, пришло мое время проигрывать. Ты выиграла, я проиграл, Ярослава."
"Нет, ну это нормально? Затащил девушку под самую крышу, едва над девичьей честью не поглумился, потом передумал глумиться. И еще неизвестно, на что в данный момент я обижена больше, а теперь еще и это.
— И что же это я выиграла? — разгневанно интересуюсь у мага.
— Меня, — прошептал Инар.
— Да кому ты нужен! Вомпер недоделанный!
Судя по выражению лица, «вомпер» обиделся.
— Что?
— Да ты мне за горелую коврижку не сдался! — Я вскочила. Отыскала свои туфельки, стремительно надела, потом и передник повязала. — Отворяй, кому сказала! Ирод плешивый!
Маг молча, но выразительно провел рукой по голове, намекая, что у него-таки шикарная шевелюра в наличии.
— Проредить? — ехидно полюбопытствовала я.
Грустно улыбнулся и отрицательно покачал головой. Потом протянул руку, и из пыли от поискового кристалла сформировался тот самый кристалл.
— Возьми, — Инар протянул камень.
Я подошла к сидящему на полу полуобнаженному магу, попыталась взять кристалл, но Инар ловко отвел руку, затем сам бросил поисковик в нужный кармашек и поднялся так быстро, что я даже отскочить не успела.
— Совсем не нужен? — проникновенно спросил он, заключая в кольцо своих рук.
— Совсем, — я попыталась вырваться.
— А ты мне очень нужна. — Он сжал меня в объятиях так сильно, что дышать опять стало затруднительно.
Инар просто стоял и обнимал меня, а у меня медленно, но верно испарялось всяческое желание сопротивляться этому… ровно до тех пор, пока все здание академии не потряс полный ярости крик:
— ЯРОСЛАВА!!!
— Ой, — прошептала я, почему-то прижимаясь к Инару, — Василена Владимировна…
Дальше все произошло так быстро, что я даже не успела толком понять, что именно случилось:
1.
2. Вслед понеслось «Ярослава, амулеты»! — и Инар бросился за мной.
3. Дверь на чердак распахнулась, и на пороге обнаружилась разъяренная ведьма с метлой в руках, она же Василена Владимировна, позади сам ректор и даже наш… главный.
Верховная, не отрывая от меня полного ярости взора своих очей васильковых, медленно двинулась… ко мне она двинулась.