И я смотрела исключительно на это чудище, стараясь не видеть того, кто безвольной куклой стоял шагах в двадцати позади него…
— Ведьмочка, — повторил маг-отступник, — ты сделала этот приз поистине восхитительным…
— Какой приз? — я не буду смотреть на Инара. Не буду!
— Двенадцать сильных магов, среди которых одна с кровью первородных и в дополнение ведьмочка без должной защиты. Это будет вкусно…
«Орель» расправил крылья, и я вновь задрала голову, чтобы, глядя в рожу мага, вполне радостно сообщить ему:
— Размечтался, урод долговязый!
Он ударил почти мгновенно.
Мне было неудобно из этого положения смотреть на него, но я все же наплевала на мнение шеи о поведении хозяйки и откровенно злорадно ухмылялась в рожу этому… чуду.
Подбежал Ташши, потом Аниас и Леонс, но они не мешали, отчетливо понимая, что я спасаю их жизни. Понимал это и отступник, свирепея и в яростном безумстве сметая все на своем пути. Вновь и вновь в нас неслись заклинания, но контур удерживала ведьма, и они проходили через меня, не причиняя вреда адептам.
И он отступил. Пространство, изломанной грудой окружающее нас, вернулось к нормальному состоянию. А я продолжала удерживать грань, без особого труда и напряжения.
— Ведьма, — задумчиво произнес маг-отступник и неожиданно присел на корточки, напротив меня, — ты действительно хочешь их спасти?
— Да, — спокойно ответила я.
— И надеешься, что силенок хватит?
— Да.
Чудовище хрипло рассмеялось и, чуть наклонившись, так что возле его лба заискрилось защитное поле, тихо спросило:
— Неужели ты веришь, что кучка твоих непутевых друзей сумеет победить меня?
— Нет, — и я убрала руки. Села на землю напротив мага и, улыбаясь, посмотрела на того, кто был одним из носителей смерти.