Ни красивых платьев, ни юбок, ни кофточек. Даже если бы я захотела — не смогла бы нарядиться красиво.
Со злостью захлопнув дверку, снова пошла к окну. Молодые люди гуляли, веселились, пили эту жизнь. Прислонив голову к деревянной раме, я наблюдала за ними. Словно подглядывала за счастьем, которого у меня никогда не будет. Наверное, зря я бегу от своего жениха. Ещё неизвестно отпустит ли меня глава поселения в мир людей.
Молодые люди снова громко засмеялись. Девушка упорно клеилась к Благояру. Как липучка, предлагая себя.
Наблюдать за ними было неприятно. Словно там покушаются на что-то моё.
Такие вот нелепые мысли.
Музыка сменялась, веселье не прекращалось. Пиво лилось рекой. Смех. Лёгкий флирт.
Всего этого никогда не будет в моей жизни. Но даже если бы я и попала в такую компанию, как бы нелепо я в ней смотрелась. Это всё не для меня.
Словно два параллельных мира: они беззаботные, счастливые, и я, сражающаяся за право учиться и получить хоть глоток свободы.
Несправедливо!
В этот момент плакать хотелось от безысходности. Завтра вернётся мать, и будет скандал. Потом родители напьются, а я снова буду ночевать в подъезде, если баба Нюра не вернётся, и не сжалиться надо мной. Добрая старушка прикармливала всех дворовых кошек и… меня.
Остальные соседи делали вид, что всё нормально. Что девушка-сатирка, практически живущая на улице, это обычное дело.
Низшая раса, что с них взять."
"Внезапно Благояр поднял голову и посмотрел в окно прямо на меня. Я замерла, поняв, что застукана за подглядыванием. Девушка, упорно жмущаяся к нему, что-то щебетала, но медведь не слушал. Он продолжал неотрывно гипнотизировать меня взглядом. Первое желание отскочить от окна я подавила. Медленно отошла на шаг назад и задёрнула штору.
Этот мир не для меня. Я всегда буду там чужая.
Потому что не умею так веселиться.
Потому что никогда не выпью даже глоток пива.
Потому что моя жизнь никогда не будет такой лёгкой и светлой.
Снова устроившись на кровати, я принялась читать. Главу за главой. На улице музыка зазвучала тише. Время от времени я прислушивалась и подавляла в себе желание подойти к окну и заглянуть в ту другую жизнь. Нет, меня манила — не роскошь и не дорогие наряды девушек, а та лёгкость и счастье, которое они излучали.
Тяжело вздохнув, я снова перечитала параграф, посвящённый виноделию.