Свет чуть притушили, и по стенам будто заструился искрящийся снег. Эльф вскинул голову и, замерев, уставился на происходящее чудо. И Надя тоже смотрела, время от времени отводя взгляд и как-то так на Левина поглядывая… Неужели начинает вспоминать? И… что будет, когда она вспомнит?
От размышлений Илью отвлек приход официанта. Он разлил вино по бокалам и расставил закуски. Глядя на их изобилие, Надя хихикнула, ну, совсем как девчонка, и вскинула на него робкий взгляд.
- Я всегда очень прожорлив.
Некоторое время она ошарашенно молчала, но потом тихо рассмеялась, склонив голову на его плечо:
- Хорошо. Привыкну. Люблю, когда у человека хороший аппетит. Это свидетельствует о его добром здравии.
Пока взрослые любезничали, Эльф потянул к еде, едва не сбив со стола графин с пряным рекомендованным официантом компотом. В последний момент Илье все же удалось спасти белоснежную скатерть.
- Я рад, что ты перешла в наш центр. Но еще более рад, что вообще тебя встретил.
- Я тоже очень рада. И, знаешь, может быть и в государственной медицине что-то изменится. Слышал, какая реформа у нас назревает?"
"- Да уж, не без этого. Десятки лет весь цивилизованный мир работает по единым протоколам, и только мы решили перейти на них на втором десятке двадцать первого века.
- Угу… А для этого врачам предлагают озаботиться изучением английского.
Илья сокрушенно покачал головой.
- Что? Я, конечно, тоже немного в шоке, но, может быть, это что-нибудь даст.
- Ничего не даст. Пока труд врача не станет достойно оплачиваться.
- Кажется, кто-то очень категоричен… - улыбнулась Надя, выбирая кусочек несоленого сыра с тарелки, чтобы Эльфу было что пожевать.
- Категоричен? Да брось! Единственная причина, по которой наши специалисты еще не уехали в те страны, где их по достоинству бы оценили, является как раз их незнание международных протоколов и английского. Выучи они это, кто здесь вообще останется?
Надя задумчиво пожала плечами:
- Может быть, такие неравнодушные дураки, как мы?
=16=
Да.