Я перебирала варианты избавления от кёрсты, но все они имели существенные минусы — или были слишком рискованны или я теряла свою репутацию, или и то, и другое вместе. Например, я бы могла совершить какой-нибудь «акт протеста», ну, скажем, сходить на вечернее представление в театре одной. Вряд ли кёрста захочет брать под опеку девицу с подмоченной репутацией. Но, даже если она откажется от своего плана, этот мой поступок ляжет грязным пятном на жизни Линка и Эжен.
Чертовы светские условности! Должен, должен быть какой-то выход!
Поспать нормально мне так и не удалось — утром пришлось попросить у кёрсты Тиан пудру и замазать синяки под глазами.
В целом, кёрст Форшер подтвердил все, что я надумала. Да, кёрста Эгреж не доберется до денег детей и даже до моих денег, лежащих в банке. Но она имеет право продать торговую марку. Тут кёрст Форшер некоторое время помолчал, а потом, глядя на меня с какой-то жалостью сказал:
— Кёрста Элен, мне кажется, вы не понимаете самого главного.
Сказать, что эти слова меня обрадовали — это ничего не сказать! Я пришла в такой восторг, что как ребенок захлопала в ладоши.
— Кёрста Элен, может быть воды?! Вам дурно?! Может быть — врача?
С большим трудом я убрала с лица улыбку из серии — «рот до ушей» — и сказала:
— Кёрст Форшер, а вы уверены, что нет других лазеек?
Кёрст несколько минут размышлял, мысленно перебирая варианты, а потом ответил:
— Кёрста Элен, если они и есть, то я их просто не вижу.
Наш разговор длился не так и долго, но я выходила из кабинета законника гораздо более спокойная, чем вошла туда. А он, лично провожая меня до дверей, заявил:
— Я всегда верил в вас, кёрста Элен! С самого начала понял, что вы необыкновенная! — Он по-доброму улыбнулся и добавил: — Я постараюсь ускорить процесс и напишу вам, как только получу бумаги.
Прямо от кёрста Форшера я, в сопровождении Виты, отправилась в банк.