Я, как представитель законной власти, должен выяснить, каким образом вашему знакомому удалось оказаться в столице. Не помните, как его звали, где вы с ним познакомились?
– Моя жена устала, – вместо меня отвечает Дарион. А я с трудом сдерживаю облегченный вздох. – Да и поздно уже.
– Всего пара вопросов…"
"– Нет, – отрезает мой дарг и поднимается, за что я ему благодарна, – Эрден, все свои вопросы можешь адресовать мне. Уверен, моя жена не помнит ни имени отщепенца, ни обстоятельства встречи с ним.
Глава 22
Мы уходим, сопровождаемые извинениями хозяйки и недоуменными взглядами гостей.
На улице уже темно и довольно прохладно. Я жмусь к Дариону в поисках тепла. Он не отталкивает, но и не обнимает, просто идет рядом, приноравливаясь к моим шагам.
Ну, и за это спасибо.
– Кажется, я не справилась, – выдыхаю, глядя под ноги.
– С чем?
– С ролью Анабель. Я о ней почти ничего не знаю.
– Оказывается, я тоже, – морщится Дарион. – Но зато мы выяснили, кто «пожертвовал» для твоего кольца свой коготь и свою кровь для твоих духов.
От неожиданности я сбиваюсь с шага.
– Мы… что? Ты думаешь, это тот парень, с которым видели Анабель?
– Уверен. Если бы пропал кто-то другой, его клан перевернул бы всю Ламаррию в поисках останков и убийцы, но не Обсидиановые.
– Они не могут покинуть свои земли, – повторяю слова Эрдена. – Но почему ваш император так с ними обошелся?
– Поверь, есть за что, но сейчас речь не об этом. Император лишил их еще и возможности принимать драконью ипостась.
Меня накрывает понимание.
– Хочешь сказать…
– Да, – его голос становится жестким, – кто-то выманил парня из Латгейра, вероятно, пообещав роскошную жизнь в столице и драконью ипостась. Но поскольку император наложил магический запрет, то снять его могли лишь…
– Колдуны, – подсказываю.
– Или ведьмы, – Дарион одаривает меня ледяным взглядом.
Мне вдруг становится холодно рядом с ним. Я отодвигаюсь, обнимаю себя руками за плечи и шагаю быстрее.
Оказавшись в комнате, сажусь на краешек кровати и с тоской оглядываю скудное убранство. Душу переполняют сотни эмоций. Мне хочется упасть лицом в подушку и разреветься, но вместо этого я лишь сильнее стискиваю зубы.
Дарион заходит только через полчаса. Видимо, не хотел оставаться со мной в одном помещении.