Только это не Лана сломала нам жизнь, а я… Я согласился взять у Вадима миллион за информацию. Только я… Во всем виноват один я.
– Ну что ты заладил? Я, да я… Благодаря Лане ты познакомился со Златой, Ник… Она вас свела. Господь ее использовал, как инструмент вашего сближения. Воспринимай это так и выброси всякое дерьмо из головы.
– Мне еще домой ехать, Роб. Так что выбросить дерьмо из головы не получится…
– Ты справишься. Звони Либерману и назначай встречу. Он имеет право запрашивать дела по своему усмотрению.
Глава 38
Никита.
Напряжение овладевает мной. Связывает по рукам и ногам, как прочная веревка. С каждым пройденным километром я чувствую, как теряю уверенность. Габи уже написала сообщение с вопросом, когда я соизволю вернуться… И я понимаю, что скандала не избежать… Об этом кричат ее нетерпеливые грубоватые вопросы и мигающий значок «online» в мессенджере… Она ждет ответа, а я не хочу ничего писать.
Паркуюсь возле ворот дома, замечая ее машину, одиноко стоящую во дворе. Тропинка засыпана грязноватым снегом, а из-под сугробов торчат зеленые острые ветки молодой туи, высаженной садовником осенью. Ступаю по хрустящей брусчатке и вхожу в прихожую, тотчас встречаясь с женой взглядом…
– Привет, – бросаю сухо и снимаю куртку. Разуваюсь, вешаю одежду в шкаф, прислушиваясь к звукам.
– И не надейся, я устроила ей выходной, – опережает меня Габи.
– Ты про Зинаиду Петровну? Очень зря. Я хотел, чтобы она постирала мои вещи с…
– С… – шипит Габи, сжимая пальцы в кулачки. – С вашего медового месяца ты хотел сказать?
– Габи, чего ты хочешь? Не понимаю, мы же все обсудили до моего отъезда. Я предложил тебе щедрые отступные. Не этого ли ты хотела? Или твои мечты изменились? А, Габи? Мои да… Я всегда хотел финансовой независимости и славы. Но мне ничего хорошего не принесло ни то, ни другое… Я был счастливее в прошлой жизни… Радовался простым вещам и мечтал.
– Но она прогуливается в парке с другим, – язвительно замечает Габи. – Не смог очаровать свою моль настолько, чтобы она растаяла? Не успели вы вернуться, как твоя курица побежала в объятия к своему красавчику-кавказцу.
– О чем ты говоришь? – свожу брови к переносице, чувствуя, как сердце сжимается в тяжелый комок.
– Я их даже сфотографировала.