(не)твой

И слёзы опять по щекам льются, хотя плакать вроде не хочется, и стираю их ладошками как обезумевшая, прекратить этот поток не в силах."

"Антон тянется ко мне, стирает их большими пальцами, смотрит так пронзительно, что мне ещё сильнее грустно становится. Мой мальчик… мой самый понимающий мальчик в мире. Нельзя ничего скрывать от него. Пытаться отгородить его от моих проблем тоже нельзя. Он всю душу мне отдает, а я ногами её топчу, как ведьма настоящая, но с ним так нельзя! Я возьму эту душу, расцелую, прижму к сердцу и никому не отдам никогда.

Он не хочет уходить добровольно, а отталкивать я его больше не в силах. И… может, мы всё-таки справимся?

— Расскажи мне, Крох, я нихера вообще не понимаю, — шепчет Антон, целуя меня в кончик носа, и меня прорывает.

Я ему все рассказываю. Вообще всё. Как с Ярославом познакомились, как поженились, как я его с другой девушкой застала, когда Матвею год был. О разводе рассказала, о том, что он вернулся полтора года назад, о неподтвердившейся беременности, о том, что убежала от него с ребенком на руках и живу теперь на съемной квартире.

Я рассказываю, что он ходит за мной, что звонит, в слезах зачем-то упоминаю аллергию на пионы и то, как полчаса чихала, когда Ярослав притащил мне их. Говорю ему, как он приезжал к моей матери, рассказываю как приехал тогда домой с цветами, а я его выгнала, рассказываю всю правду про этот ужасный поцелуй, говорю, что предложил вернуться за оплату долга, я не утаиваю абсолютно никаких деталей. Я все рассказываю. Потому что… так ведь с любимыми поступают, да?

— Можно я его сломаю? — говорит Антон небрежно спокойно, но вряд ли в нем есть хоть грамм этого спокойствия ненастоящего. У него кулаки сжимаются и челюсти так сильно, что зубы немного скрипят, и я не сомневаюсь, что он действительно хочет сломать Ярослава. И был бы тот сейчас рядом — сломал бы.

— Антош, — сказать нужно, что лучше Ярослава не трогать, потому что проблем тогда не оберешься, потому что связи у этого козла везде есть.

Но молчу. Потому что мужчина он, а не мальчик, и сам все понимает прекрасно. И не хочет он, чтобы я его защищала, сам меня защищать хочет, — обними меня лучше, пожалуйста.

Нам все ещё сложно, подкосил очень этот случай, и моё неправильное поведение сыграло огромную роль в том, что Антон все ещё холоден ко мне. Но он растает, я знаю. И всё сделаю для того, чтобы он оттаял. Пора мне добиваться его сердца, кажется…

Но он обнимает.