— Окей, без проблем, — улыбнулась Маша, осторожно переступая через провода.
Закончив свою партию, от работы ненадолго оторвался Сева. Вышел из-за двери.
— Привет. Уже думал, не придете… — обаятельно улыбнулся он. — Здесь пончики и кофе. Налетайте…
Маша покосилась на открытую коробку с выпечкой и закусила губу. Богатырев каким-то образом узнал, что из всех сладостей она больше всего любит эти жутко калорийные кольца, и купил их, наверное, дюжину. Это внимание к деталям, совсем не похожее на прежнего Севу внимание, отчего-то заставило сердце сжаться.
— Спасибо, — откашлялась она.
— Нам здесь еще немного осталось. Беки с Жанной, и все, — парень кивнул на женщину, о чем-то беседующую с кем-то из присутствующих в студии музыкантов.
— Вот уж не ожидала, что за сладкоголосым голосом бэк-вокалистки скрывается такая ммм… весомая личность, — не удержалась от комментария Лизка.
— Да… — хмыкнул Сева, — но Жанна — наикрутейшая. Мне очень повезло, что сегодня она была свободна.
— Сев… есть напутствия…
— Валяй!
— Вот здесь ты петуха запустил… Мы можем вырезать, или перезаписать…
— Перезапишем! Мне нравится эта часть, — потер подбородок Сева.
— Да, неплохо.
— По словам, вроде, нигде не налажал? Текст новый. Не хочу запороть идею…
— Не, все годно! Сопливая милота, все девчонки обрыдаются."
"— Да ладно, Стасян. Там биты годные, и читает он — на уровне, — добавил еще кто-то, — чистку сделаем, сведем, и хоть сейчас на птицеферму2.
— Они мне льстят, — очертив татуированным пальцем говорящих, хмыкнул Сева.
Маша улыбнулась. Всеволод нравился ей такой — беззаботный и расслабленный. А еще у него была какая-то совершенно особенная пластика. За его руками можно было наблюдать часами, и ей никогда бы не надоело — настолько здорово это выглядело. Кстати, сейчас Сева меньше всего походил на наркомана. Не то, чтобы Мура слишком разбиралась, как те выглядели, но почему-то была уверена, что абсолютно не так, как он.
— Алло?
— Еду за тобой.