Хотелось закричать, чтобы Алекс не смел меня трогать, и что я никогда не прощу. И также сильно я желала повернуться. Прижаться головой к его груди и долго плакать. Днями, сутками, неделями, выливая всю свою боль, пока она не престанет раздирать зубами каждую мою клетку.
Ладони на моём теле вдруг пришли в движение. Скользнули под широкую резинку спортивного трико и потянули к ногам. Я окаменела от ужаса. Боже, нет... нет. Сняв штаны с моего одеревеневшего тела, они по-хозяйски переместились на грудь: нащупав молнию, дёрнули её вниз, стянули толстовку и швырнули на пол.
Сильные объятия вновь заключили меня в плотное кольцо, из которого невозможно было вырваться. Тёплое дыхание грело волосы, покрывая шею и руки мурашками. Я злилась на своё тело за прилив возбуждения от ощущения твёрдой эрекции под собой. Казалось, моё либидо не заботили проблемы духовного характера.
— Засыпай, Тина, завтра у тебя много дел, — прозвучало в темноте.
Глава 30
Как Алекс и говорил, на следующий день мои вещи переехали к нему в комнату, а по дороге в университет Эйб вручил мне визитку Келли Уэстбук, лучшего организатора свадеб в Нью-Йорке. От Жаклин я знала, что её услугами пользовались многие звёзды, и каждый её день расписан по часам.
— Мистер Мерфи просил передать, что мисс Уэстбрук ждёт вашего звонка.
Я не стала ничего отвечать. Смяв визитку, я вышвырнула её в урну, едва вышла из автомобиля.
"Элисон осталась верна своему слову и не общалась со мной. Когда мы пересекались в аудитории, она слегка кивала и проходила мимо. Я тоже не делала попыток сблизиться, потому что не хотела признавать, что она была права насчёт Алекса, и предпочитала делать вид, что у меня всё в порядке. Информацией о продажности отца и мести Алекса я ни с кем не делилась. Хотя, по большому счёту делиться мне было и не с кем. Единственным человеком, с которым я поддерживала общение, оставалась Жаклин, с Алексом же мы почти не разговаривали.
Последний секс у нас был в Барселоне.