Надо съездить, а там по обстоятельствам.
— Хорошо, у меня есть немного времени в запасе, поехали, — неохотно согласился я.
— Ну вот, а то всё не могу да не могу.
Мы сели в лимузин, кроме нас никого не было. Где его закадычные друзья я спрашивать не стал, оно мне и не интересно. Скорее всего уже ждут его там, на пристани. Только вот на какой? Я думал, что мы едем к Троицкому мосту, где в прошлый раз швартовался катер Андрея, но лимузин повернул на Большой проспект, потом на Александровский. Катер более внушительный, чем у Боткина, стоял недалеко от Биржевого моста ближе к Петропавловской крепости.
Возле перил борта я увидел ту самую троицу, Царевского, Арсеньева и Проскурина. Антон довольно улыбался, когда увидел меня, Коля поправил пенсне и оставался серьёзным, а Тимофей в кои то веки с довольным выражением лица. Даже не знал, что он так умеет. Чуть дальше я увидел ту самую девушку из видения, которую столько раз нарисовал мой предшественник. Она тоже увидела меня, приветливо улыбнулась и помахала рукой.
"Ко мне спиной и лицом к девушке стоял какой-то господин в длинном роскошном пальто, украшенном дорогими мехами, и в шляпе. Когда девушка помахала мне, он повернулся в мою сторону, и я увидел его глаза, лицо скрывали меха. Это те самые глаза из видения, где Проскурин вручает мне золотой амулет. Сначала я планировал исполнить просьбу Боткина и поговорить с какими-то важными людьми, а теперь я понял, с кем мне надо поговорить.
— Ну, чего застопорился? — Андрей подтолкнул меня в сторону трапа.
Если сейчас зайти на катер и они поплывут в залив, то мои планы с Катей накрылись медным тазом.
— Привет, трудяга, — первым протянул мне руку Коля Арсеньев. — А мы уж подумали, что ты опять скажешь, что занят и не можешь. Антоха один только на тебя ставку сделал, видишь, какой довольный теперь? Ящик шампанского выиграл.