Каких-то двадцать метров до него, совсем немного для прицельной стрельбы, но все-таки лучше подойти поближе.
– А-а! Понял! – с восторгом недоразвитого переростка крикнул я.
И толкнул Лидочку в спину, шепнув, чтобы она падала.
– Бросил! – громогласно возвестил я, глянув, как девушка растянулась по земле.
– Да не бабу брось, придурок! Ствол! – оскорбительно засмеялся «инкассатор».
И ему, и его напарнику было весело. Но телохранитель Пальмира отнесся к ситуации гораздо более серьезно. Он заподозрил опасную игру в моих действиях, и его палец шевельнулся на спусковом крючке.
Под костюмом у него мог находиться бронежилет, поэтому я метил в голову. К счастью, мне приходилось стрелять из пистолета-пулемета в тире, и эти занятия сейчас мне очень пригодились. Инструктор поставил бы мне твердую «пятерку», глядя, как мой противник удивленно смотрит на меня стекленеющим взглядом.
Я выстрелил в парня, чей палец крепко лежал на спусковом крючке. Но к тому моменту, как я смог перевести огонь на его напарника, тот успел вскинуть ствол автомата на уровень моей груди.
Меня спасло, что пилоты находились уже в кабине, а водитель «уазика» увел свою машину с площадки. В меня мог выстрелить только Пальмир, чей силуэт я увидел в дверном проеме. Но то ли у него не было оружия, то ли он испугался, так или иначе смертельный огонек в сумраке салона так и не вспыхнул.
И еще меня спасла Лидочка. Она подобрала с земли мой пистолет-пулемет и со всех ног ринулась на штурм вертолета. Возможно, у Пальмира и возникла мысль закрыть и заблокировать дверь, но Лидочка не позволила ему сделать это: слишком стремительной была ее атака. Сначала она выпустила в салон короткую очередь, а затем забралась внутрь сама.