— На сей раз меня чмокнули в линию скул. — Я тебя люблю.
— Ты все забыл? — Я обернулась, и новый поцелуй пришелся мне в уголок губ. — Забыл наш вчерашний разговор?
— Я помню, что накосячил.
Я закатила глаза:
— Ты вечно косячишь.
— Эй. — Джоуи взял мое лицо в ладони, наклонился и вперил в меня ясный взгляд зеленых глаз. — Я серьезно. — Он потерся носом о мой нос, чмокнул его кончик и покаянно вздохнул. — Прости меня за вчерашнее.
— За что именно?
— За то, что кое-кто поступил как последняя сволочь и довел свою девушку до слез.
— Даже так? — Мысленно проклиная себя за малодушие, я, совершенно одурманенная ласками Джоуи, таяла в его объятиях и понимала, что увязла по уши. — Ладно, если увидишь этого утырка, передай, что я его не прощаю.
— Вот и правильно. — Он снова потерся носом о мой нос. — Говорят, твой бойфренд — редкостная скотина.
— Еще какая, — согласилась я, откликаясь на его нежный поцелуй. — Терплю его только из-за огромного члена.
— Серьезно?
— Ага. Жить без его члена не могу.
— Хорошо, что у него такой волшебный член, да? — Джоуи привлек меня к себе.
Секунда — и мое сопротивление было сломлено; мы слились в поцелуе, из-за чего мои разбушевавшиеся гормоны ошалели окончательно.
Четко осознавая, что Джоуи губителен для моего рассудка не меньше, чем наркотики для его, я прервала поцелуй, пока окончательно не растворилась в своих чувствах.
И в нем.
Чтобы не потерять голову, я отстранилась и уперлась ладонями ему в грудь.
— Ну нет, так легко ты не отделаешься.
— Я и не надеялся.
— И вообще, почему ты здесь? Думала, встретимся в школе как обычно.
— Я должен был извиниться, — ответил он и, стерев большим пальцем остатки старого блеска для губ, одним прыжком перемахнул через подоконник.
Пару секунд спустя в комнату влетел рюкзак, потом хёрли, шлем и, наконец, сумка с моими вещами, забытая у него дома.
— Ты принес мою подвеску? — спросила я, глядя, как Джоуи с ловкостью альпиниста залезает обратно.
— Само собой. — Он достал из кармана серебряную цепочку и шагнул ко мне. — Повернись.
Подчинившись, я приподняла волосы, пока Джоуи возился с застежкой.
— Спасибо, жеребец.
— Всегда пожалуйста, королева.
— Но у тебя по-прежнему неприятности.
— Как обычно, — буркнул он, нежно поцеловал меня в шею и плюхнулся на постель. — Слушаю тебя внимательно.
— В смысле?
— Ты хотела поговорить.