— Предварительно выписавшись, и мне очень интересно узнать, что вы, уроды, ему наговорили?
— Господи, как же так? — заплакала Мэри, опускаясь на свой курительный стул. — Даррен, как же так?
— Что ему на этот раз? — Я усмехнулась, уперев руки в бока, и переключила свое внимание на нее. — Только не надо заговаривать мне зубы, потому все это твоя вина. Страдалицу можешь изображать перед сыновьями, но со мной этот номер не пройдет. Я тебя насквозь вижу, Мэри!
— Слушай, он нагрянул в палату к Шаннон, — настороженно косясь на меня, сообщил Даррен.
— Спор? — закипая от ярости, прошипела я. — И о чем именно?
— Джоуи у нас чересчур вспыльчивый.
— Еще бы, — оскалилась я и всплеснула руками. — Откуда там взяться самообладанию? Ты понятия не имеешь, через что ему пришлось пройти за последние шесть лет!
— Ифа, ты перегибаешь палку.
— Что вы ему сказали? — напирала я. — Из-за чего-то же он сорвался, и мне нужно знать, из-за чего!
— Понимаю, ты действуешь из лучших побуждений, но я не обязан перед тобой отчитываться.
— Отчитываться ты будешь перед своей совестью, — огрызнулась я, дрожа всем телом. — Потому что, если с ним что-нибудь случится, виноваты будете вы!
— Давайте начистоту. Джоуи выписался из больницы с единственной целью, — ринулся в атаку Даррен. — Раздобыть дозу.
— Заткнись, — пригрозила я, выставив ладонь. — Заткни свою гребаную пасть.
— Он наркоман, Ифа, и моей вины тут нет.
— Как у тебя все просто, — сипло выдавила я.
— Ифа, довольно!
— Нарываешься, Мэри! Ты не заслуживаешь называться его матерью. — Я в бешенстве обернулась к ней. — Ты в принципе не заслуживаешь его любви! — Сморгнув набежавшие слезы, я изливала свою боль на женщину, причинившую столько страданий моему парню.
— Не смей так разговаривать с моей матерью! — рявкнул Даррен, заслоняя собой Мэри. — Либо сбавь тон, либо проваливай.
— Ты чудовище, — не унималась я, тыча в нее пальцем. — Ты годами ломала Джоуи психику, накручивала его, подрывала самооценку.