Обещание горца

Воспользуйся им, милая.

– Здравомыслящая девушка воспользовалась бы, не так ли? Здравомыслящая девушка не стала бы надеяться, что мужчина сделает ей предложение, потому что любит ее. Она не стала бы ждать, когда он поклянется достать луну с неба. И здравомыслящая девушка была бы только рада, что выходит замуж за мужчину, которого другие девицы преследуют, как охотничьи псы – зайца. – Бетия слабо улыбнулась в ответ на смех Гризеллы. – Но это все не важно, так как ни мне, ни Эрику не дали ни малейшего шанса что-либо изменить.

– Да, милая, не дали. Мы возьмем с собой малыша, чтобы показать твоим родителям?

– Да. Чем скорее мы сделаем это, тем лучше."

"По дороге Бетия постаралась собрать в кулак всю свою волю и хладнокровие, но, переступив порог и увидев родителей, по обыкновению, растерялась и почувствовала себя совершенно беспомощной. Гризелла прошла через весь зал, чтобы передать леди Драммонд ее внука, и Бетия неохотно последовала за ней.

Родители не удостоили ее и взглядом. Некоторое время они изучали Джеймса, как будто бы он был какой-то странной непонятной вещью, затем передали его обратно Гризелле.

Бетии не понравилось, как недовольно они смотрели на малыша и как холодно заметили, что он мало похож на Сорчу. Ей стало ясно, что бедного маленького Джеймса не собирались принимать с распростертыми объятиями только лишь потому, что он часть обожаемой Сорчи. Мысль, что ребенок окажется предоставлен самому себе, как она и Уоллес, больно задела девушку.

Наконец родители Бетии обратили на нее взоры, и она с трудом подавила внезапно вспыхнувшее острое желание сбежать.

Она чувствовала себя напуганным несчастным ребенком и ненавидела себя за это. Девушка не только оставила Данби без их разрешения, но и разделила ложе с мужчиной. Она понимала, что совершила непростительный поступок и родительский гнев не замедлит себя ждать.

– Ты позволила себе забрать чужого ребенка из его дома, – заявил лорд Драммонд, барабаня толстыми пальцами по подлокотнику тяжелого дубового кресла.

– Разве Уоллес не сказал вам, что Джеймс в опасности?

– Он сказал нам, что ты считаешь, будто ребенок в опасности, но у тебя всегда было слишком живое воображение.

– Это не фантазия, отец. Пища, которую нам подавали, была отравлена. Щенок Джеймса умер, отведав ее. Это не шутки, – твердо сказала Бетия, в то время как ее сердце трепетало от ужаса. Прежде она никогда не перечила родителям, но потребность уберечь Джеймса придавала ей сил.