Я, конечно, знал, что Губастая не шикует, но даже не думал, что она живет в таких ужасных условиях! Как вообще можно нормально жить троим людям в двадцати квадратных квадратах?
– Давай поедем в больницу, – предлагаю я, когда мы уже сидим в машине. Я еще не завел мотор, пытаясь уместить в голове всё происходящее. – Ты всё еще бледная… – не удержавшись, касаюсь ее щеки. Сам не понимал, как сильно соскучился за эти дни.
– Я в порядке. Правда, голодная, – смущенно пожимает она плечами. – Меня второй день рвало, в желудке ни крошки.
– Вот это моя малышка, – улыбаюсь я, радуясь тому, что она спрятала колючки. Быстро целую ее в щеку и завожу мотор. – Что ты хочешь?
– Ммм… Я бы не отказалась от того боула, что мы ели на набережной, – улыбается она.
– Не вопрос, всё что захочешь.
* * *– Знаешь, а эта вегетарианская хрень оказалась не так уж и плоха, жить можно, – комментирую я, отправляя в рот нут.
– Вот видишь! Скоро привыкнешь и станешь вегетарианцем… – хитро сверкает она глазками.
– Нет уж! Месяц я еще готов потерпеть, но уж точно не всю жизнь, – качаю я головой.
– Ну и зря! С помощью многих овощей и круп можно компенсировать отсутствие мяса. Как же это вкусно! – стонет она, прикрывая глаза.
– А ты не хотела идти, – не могу сдержать я укора, ведь вела она себя при своей матери просто ужасно.
– Прости, мне было неловко… – пожимает она плечами. Спрашивать, из-за чего именно, я не стал. Не хотел еще больше ее смущать.
– Проехали.
– Мне правда было плохо, и я не специально игнорировала твои сообщения, – смотрит она серьезно.
– Я уже понял, не парься. Возьмем десерт? – доев, спрашиваю я, желая сменить тему."
"– Хмм… Удивительно, но я всё еще голодна. Видимо, в моем желудке и впрямь образовалась пустота, – хихикает она, вызывая во мне неудержимое желание ее поцеловать. Но я не целую. Не хочу, чтобы она опять думала, что мне нужен от нее лишь секс.
Подзываю официанта, чтобы заказать десерт, и также прошу его упаковать навынос шесть пирожных разного вида.
– Зачем это? – хмурится Губастая.
– Угостишь брата с мамой, – пожимаю я плечами.
– Спасибо, но не стоило… – как всегда, не любит она, когда я на нее трачусь.
– Почему? У тебя, кстати, очень красивая мама, теперь понятно, в кого ты такая хорошенькая, – усмехаюсь я, меняя тему.
– Слава богу, что я не похожа на отца, – мрачнеет она. – А мама… Да, она красивая, хоть последние годы и подкосили ее. Спасибо тебе, Халид… Правда. Этот санаторий… Он не только Сашке пошел на пользу.