Хорошо, что он не умеет проникать в мои мысли, хоть и хвастается, что читает как открытую книгу.
– Ты к гинекологу записалась? – резко переводит тему, заставляя меня вздрогнуть.
– Да.
– Когда прием?
– Завтра, – рапортую, ощущая внутри стеснение оттого, что мы обсуждаем настолько деликатные темы.
– Когда назначат таблетки, скинь название, я сам куплю.
– С-спасибо, – мямлю, заталкивая в себя желание отвесить язвительный комментарий в духе: «А с чего такая забота?»."
"Решаю не испытывать больше его терпение и стать более покладистой сегодня.
– Я… – облизываю губы, убирая прядь волос за ухо, жутко почему-то нервничаю. – Я решила купить тебе подарок. Рида упомянула, что у тебя день рождения. Вернее, он уже вчера был, так что я с опозданием, но поздравляю тебя с ним.
Выглядит ошарашенно, не мигая смотрит мне в глаза, удваивая чувство неловкости. Я и так мандражирую из-за этой ситуации, а его реакция… Черт, она всё еще больше усугубляет.
– Спасибо, – вот и всё, что он говорит в ответ, забирая у меня подарок.
– Открой, пожалуйста, не при мне, – прошу, надеясь, что он выполнит мою просьбу.
– Даже так? – Халид приподнимает бровь и, повертев подарок в руках, убирает его на заднее сиденье. – Как скажешь. Слушай, – чешет бровь, сжимая губы в тонкую полоску, – не стоило, я особо не люблю этот день, если бы не отец, и отмечать бы не стал.
– Зачем ты передо мной оправдываешься? – не понимаю я.
– Чтобы ты не думала…
– А я ничего и не думаю, – пожимаю я плечами. – Мы ведь не встречаемся, чтобы ты звал меня на семейное мероприятие, – говорю я больше себе, чем ему. – К тому же я отлично провела вчера время с Мадиной.
– Она приехала? – хмурится мой «не» парень.
– Да, вчера. А что? – не понимаю я его интереса.
– Ратмир мне не говорил.
– Не думаю, что он знает, – хмурюсь я.
– В любом случае это их дело. Поехали.
– Куда? Учти, я не голодна.
– Это сюрприз. И перед ним действительно лучше не есть. Хорошо, что ты в кроссах, – одобрительно кивает он на мою обувь.
– Не помню, чтобы ты видел меня в туфлях, – не могу сдержать иронии я.
– Какая же ты язва, – вдруг выключает двигатель Халид.