Встает шумно из – за стола…
– А еще можешь параллельно закрутить роман с Анваром… Это тоже добрые традиции этой семейки… – бросает злобно на ходу, – Он, кстати, на тебя смотрит не как на девушку лучшего друга…
– Вот дрянь, знал бы, что эта мегера прилетела, в жизни бы не приехал… – злобно шипит Микаэл, вытирая рот салфеткой и кидая ее на стол, – пойдем, Оксан, зря я притащил тебя в этот серпентарий…
– Мика, подожди, пожалуйста… – вмешивается мертвенно бледная Влада… – Мадлен не в себе… Она только что до обеда узнала о планах отца выдать ее замуж…
– Мне посрать, какие там планы… Искренне сочувствую ее будущему мужу… Даже не представляет, на что подписывается… – кидает Микаэл на ходу, не оборачиваясь, и увлекая за собой девушку, еле поспевающую за ним на выход…
– Микаэл, давай нормально поговорим.
– Пожалуйста… – тихо шепчет ему Оксана на ухо, сжимая руку…
Наверное, этот ее шепот и взгляд искренний его и подкупили.
– Я быстро… – тихо говорит ей, проводя быстро рукой по рыжим волосам… – не слушай их, ты лучшая…
Микаэл"
"Она красивая… Объективно красивая, без всяких прикрас… – говорит отец, по – царски занимая свое кресло и приглашая сына присесть напротив. – Давно вы вместе?
Микаэл уловил оценивающий интерес в глазах опытного отца еще там, в фойе, когда они с матерью вышли их поприветствовать.
– Нет…
– Это правда?
– Что именно, отец?
Пристальный взгляд Васеля не дает Микаэлу расслабиться… Ему удавалось блефовать перед всеми, но только не перед Увейдатом – старшим…
– До меня дошли слухи, что она твоя временная жена… Что заключил с ней джаваз мутъа после того, как взял силой… Это правда?
– Отчасти да… – признает Микаэл, опуская глаза, – только не смей читать мне нотаций… Не хочу напоминать, какие глупости ты творил из – за матери… Один из наглядных тому примеров – эта сучка Мадлен, которая, видимо, впитала весь яд ненависти к Владе от своей матери…
– Она твоя сестра, выбирай выражения…
– Она идиотка, отец.
– Не суди ее, Микаэл… Ей непросто… Так что у тебя к этой девушке? Все серьезно?
– Не знаю пока…
Васель делает паузу… Тишина тяжестью нависает в полумраке шикарного кабинета…
– Каждый идет к любви своим путем, сынок… – нарушает ее Васель, – этот путь тернист.