Переговоры состоятся только в том случае, если сюда явится она сама или мой братец. А если нет, то мне весьма жаль ее переговорщиков.
Этот ответ Аарона полностью устроил. Все-таки было бы печально, если бы Райт уступил Генриетте из-за женщины, пусть даже такой хорошенькой, как Джина эль-Берссо.
— Чем могу помочь?
Лорд Берингер внимательно оглядел наемника, почесав подбородок.
— Для начала переоденься, — бросил он, заставив Аарона покрыться красными пятнами, — ты больше не служишь клану, ты служишь мне. И раз мы оба приняли такое решение, сделаешь все, что я скажу.
Грозный, расчетливый и безжалостный зверь смотрел на наемника глазами Райта Берингера, заставив Аарона выпрямиться на стуле и ответить со всей серьезностью:
— Я уж было принял все эти слухи за чистую монету…
— Слухи? — переспросил Райт жестче.
— Поговаривают, что ты выдашь Уильяма в обмен на свою девчонку и присягнешь в верности Эдмунду.
Регент скривился.
— Скорее я вздерну его на дыбу, — произнес он, — или сдеру живьем кожу… еще не решил.
Уверенность сквозила в каждом слове, исключая сомнения.
— А Джина? — все же спросил наемник.
— Заберу ее. Эта женщина принадлежит мне.
Аарон улыбнулся, переглядываясь с Дэшем. Все-таки он никогда еще с такой самоотверженностью и верой не служил ни одному человеку.
— Что я должен делать?
— Ты должен попасть во дворец.
Теперь по лицу наемника скользнула растерянность.
— Черт, ты хоть понимаешь…
— Заткнись, Аарон, — спокойно, но грозно произнес регент, — от своих людей я обычно слышу только: «будет сделано».
— Как я туда попаду? — тихо зарычал наемник.
— Очень просто. Я направлю ее величеству свою делегацию, — заявил Райт.
— Отлично, я сделаю, но…
— Мне нужен лорд де Хог.
— Снова? — брови наемника поползли вверх.
— Старый лорд. Атер его единственный сын, и он на многое готов, чтобы его спасти. Кроме того, он вполне способен понять, что так или иначе я приду к власти. И твоя задача помочь ему в этом.
— Я не силен в убеждении, — пожал плечами наемник, но ощутив на себе опаляющий взгляд, поправился: — Будет сделано.
— Передашь ему то, что я скажу слово в слово.
— Да, на память не жалуюсь. А если меня убьют?
— Отпустят, — ответил Райт, — удостоверишься, что Джина жива, скажешь, что без этого я не сдам Уилла.
— Как скажешь. Но почему я?
Регент усмехнулся:
— Можешь гордиться, Аарон, но ты один из тех, кому я пока доверяю. Кроме того, с тобой будет Кайетан.
Последний вздрогнул.