Она посмотрела на врача, сидя на краю стола. Дженюари была вынуждена признать, что боль в спине и шее исчезла. Но на прежнюю эйфорию не было и намека. Она прошла в приемную и заплатила помощнице врача двадцать пять долларов. Идя домой, Дженюари заметила, что озноб прекратился. К ней вернулись силы, болезненные ощущения в спине и шее больше не появлялись. Но сейчас Дженюари не казалось, что она способна завоевать весь мир.
Том вернулся в пятницу днем; она помчалась к нему в «Плазу». Вид у него был уверенный, почти спокойный.
— Помню, я сказал, что мне следует с этим завязывать, и я действительно стал пить меньше… но сегодня мы должны кое-что отпраздновать. На этой неделе мой роман занял первое место. И, похоже, я неплохо продам права на экранизацию. Уже сейчас есть предложения от «Коламбии», «Метро», «Сенчери», «XX века» и нескольких независимых продюсеров. А самая приятная весть — верзила вышел из комы и будет жить, так что мне не придется нести груз этой вины.
Сунув руку в карман, он вытащил оттуда сверток, перевязанный лентой.
— Это не подарок. Просто вещь, которую я увидел в витрине и захотел купить тебе.
Она вскрыла сверток. Там лежал изумительный шелковый шарф с вышитым словом «Козерог».
— О, Том... какая прелесть… но самое ценное — это то, что тебе пришла в голову такая мысль.
Ночью, когда они легли в постель, Дженюари не удалось возбудить Тома. Прижав девушку к себе, он скрыл свое огорчение.
— Я слишком устал, — произнес Том. — И, возможно, я недостаточно уменьшил суточную дозу спиртного. Давай хорошенько выспимся. Завтра все будет в порядке.
Утром она сказала, что ее ждет стоматолог. Том попросил отменить визит к врачу, но Дженюари пообещала вернуться к середине дня.
Она побежала к доктору Альперту без предварительного звонка. К счастью, в приемной было малолюдно; врач, улыбнувшись, заявил девушке, что она стала выглядеть лучше.