Я хочу быть Линдой Риггз, а не частью чьей-то жизни. Поэтому сейчас стираю Бенджамену носки и готовлю ему еду — он талантлив и знаком со многими известными людьми. В настоящее время он нужен мне. До партийного съезда. В сентябре я начну работать на моего кандидата. Расшибусь в лепешку.
— На кого?
— Маски. Бенджамен утверждает, что Маски не может проиграть. Да, — вдруг вспомнила Линда, — как у тебя с Томом?
— Он заканчивает работу над сценарием.
— Ты возвращаешься к нему?
— Нет.
— Не говори мне, что у вас все кончено.
— Нет, не кончено. И он нужен мне больше, чем прежде, — сказала Дженюари. — Пресса уделяет мне много внимания, и он считает, что при моей теперешней известности… я не могу приехать в Калифорнию и жить с ним под одной крышей.
— Тогда арендуй там дом. Особняк. Господи, для тебя нет ничего невозможного. Найми пресс-агента, и ты будешь получать приглашения на самые престижные вечеринки. Устрой сама несколько приемов. Теперь, когда у тебя есть десять миллионов, он охотнее пойдет на развод.
— Развод?
— Слушай, Дженюари, посмотрим правде в глаза. Ты по натуре домашняя кошечка. Тебе нужен постоянный мужчина, и в глубине души ты хочешь, чтобы все было законно. Ты пытаешься примириться с простым сожительством. Но это тебе не по душе. Ты сказала мне, что он взялся за сценарий ради процентов с прибыли, чтобы оплатить стоимость квартиры. Другими словами, из-за денег. Теперь он может не беспокоиться об этом.
— Я хочу выйти замуж. Да, действительно хочу. И могу дать Тому ребенка. Почему бы и нет? Линда, ты права. Я поговорю с ним об этом вечером.
Линда взяла сумочку и поглядела на фотографии, стоящие на пианино.
— Ди действительно знала всех этих людей?
— Да.
— Похоже, я права. Богачи и знаменитости владеют миром.
— Мне не нужен весь мир. Я просто хочу иметь что-то, ради чего есть смысл каждое утро вставать с постели.
Когда Линда ушла, Дженюари задумалась. Ночью она плохо спала. Девушка ждала сновидений, но ничего не увидела. Проснулась с таким чувством отчаяния, словно ее бросили. Последнее время сны были более реальными, чем мысли, посещавшие Дженюари наяву.