Если Абеляр причинит ей зло, я… Но ни один из вмиг воображенных вариантов мести не принес мне удовлетворения. Главное, чтобы с ней всё было хорошо.
— Маркиз поехал вон туда, ваша светлость!
Я вскочил в седло, надеясь, что собака возьмет след лошади.
Зачем Абеляр взял Лорейн с собой? Если она вынесла письмо, то его цель была достигнута. Как ни странно, но сам документ меня сейчас ничуть не волновал. Даже если Абеляр передаст его терезийцам, конца света не случится. И почему я не понял этого раньше? Зачем втянул Лорейн во всё это?
Она нужна ему как заложница? На случай, если я или кто-то другой нагоним его, и ему придется торговаться?
Дельфина неслась вперед, и мне оставалось только следовать за нею.
Абеляр имел фору как минимум в полчаса, но его лошадь вынуждена была везти двух человек, а потому двигалась медленнее. Возможно, заслышав звуки погони, он поймет, что проигрывает нам в скорости, и предпочтет оставить Лорейн на дороге? Я на мгновение представил, что он просто сбросит ее с седла, и еще пришпорил коня.
Дорога вильнула вправо, и Дельфина оказалась за поворотом раньше, чем я. Я услышал, как она зарычала, и понял, что она уже не просто шла по следу, а видела цель. А вскоре эту цель увидел и я.
— Абеляр, стойте!
Он даже не оглянулся. Конечно, он узнал мой голос. Но даже не подумал остановиться.
Я был слишком взбешен, чтобы применить ментальную магию, но всё-таки попытался это сделать. И ожидаемо наткнулся на выставленный маркизом щит. Я мог бы попробовать пробить его, но побоялся навредить Лорейн.
До границы с Терезией было еще далеко, и теперь маркиз наверняка понимал, что ему придется остановиться. Дельфина уже настигла его лошадь и теперь бежала вровень с ней. Ее задача, по сути, была выполнена — она учуяла зверя и нагнала его. Но эта задача выходила за пределы того, что требовалось во время обычной охоты.
Абеляр уже вынужден был отмахиваться от Дельфины ногой, что еще больше нервировало его лошадь.
— Стойте, Абеляр! — снова закричал я. — Впереди овраг с разрушенным мостом!
Этот овраг во время охоты, что состоялась прошлой осенью, помешал нам догнать кабана, которого подняли собаки.